То, которое никто не оспорит.
Только сердце часто рвётся на части,
Так как, видимо, я создан для горя.
Только сердце часто рвётся на части,
Так как, видимо, я создан для горя.
Я хотел бы подарить тебе голос,
Чтобы пела колыбельную детям.
Ни рукой не снять мне боль, ни уколом.
Точно знаю, что меня ты не встретишь.
Ау... Днём и ночью счастье зову.
Ау... Заблудился в тёмном лесу я.
Ау... И ничего другого на ум.
Ау. Ау. Ау...
*********************************************************
Закончил, отдал гитару немного удивленному музыканту, вновь вернулся к Свете и вижу в глазах снова слезы, и уже четкое решение, пойти если надо до самого конца.
—Перестарался. —Понимаю я. —Все-таки музыка моего времени, срывает крышу напрочь, тут так еще не умеют. —
Я обнимаю ее, прижимаю к себе, целую и говорю:
—Ну ты что, моя маленькая? Я тут, я с тобой, все хорошо, есть и будет. —
Она улыбается в ответ и несмело спрашивает всего одно слово:
—Правда —
И я просто киваю, снова обнимая, целую и успокаивая свою рыжую любовь.
—Пойдем, прогуляемся? —Предлагаю я, ловлю кивок и мы идем по той самой дороге любви, под названием Арбат, держась за руки, как вчерашние школьник.
—Впрочем мы и есть школьники, гимназисты, причем сегодняшние. — Думаю я, обнимая свою лисичку.
А старая улица, видавшая много чего любопытного за столетия своего существования лишь посмеивалась над смешными людьми.
Глава 5 А в Москве тоже купаются и даже зимой.
— Новый день, уже пятый в новом мире. — Думаю я и отрываю глаза.
Привычка, уже выработалась привычка просыпаться в одно и то же время. На улице уже светает, блики света, все так же пробиваются сквозь шторы, призывая меня к активности. И я, одним плавным движением подскакиваю с кровати, мельком отмечаю на часах и календаре, что сегодня уже:
11 апреля
Четверг
Москва