И нету здесь разлуки злой
И лишь слова, слова, слова
Слова любви и слезы счастья
Под знойным солнцем, но в тени
Разгонит жизнь на раз ненастье
Слова любви….слова любви
И губы ищут губы
И вот уже нашли
И пламенеют судьбы
И души так нежны.
**********************************************************
И я читаю это стихотворение, только сочиненное, своей Долорес и вновь вижу в черных глазах сразу вопрос и ответ:
—Когда?—
И:
—Почему?—
И сам отвечаю:
—Милая, подожди немного. Еще не конец, у нас еще много времени впереди, я тебе обещаю. А пока просто немного рановато.—
И она, к счастью, понимает, вся страстность испанской души, все же не заслоняет разума.
И я слышу в ответ:
—Хорошо, я подожду. Я буду ждать.—
И снова замерла у меня в объятиях.
___________________________________________________________
Все заканчивается, заканчивается и эта замечательная прогулка. Мы собираемся наконец-то в центре парка и уже идем к выходу на Калле Сантьяго, и тут меня посещает дежавю. Такое яркое, что впору смеяться. Да мы идем к выходу, а нам на встречу очередная троица парней, на этот раз примерно моего возраста. И, как обычно, классические испанцы, худощавые, поджарые и жутко самоуверенные. Заступили нам дорогу и стоят, смотрят исподлобья.
Я сразу понимаю в чем дело и уже смешно становится:
—Ни дня без драки. — Думаю я и спрашиваю Долорес:
—Долли, ты их знаешь?—
Та нервно кривится и потом нехотя кивает, одновременно произнося:
— Да, виделись в прошлом году. Центральный, Серхио, пытался со мной дружить.—
Я киваю в ответ, потом говорю негромко:
—Да ладно, не парься. Это естественно, у такой красотки, как ты не может не быть огромного количества поклонников. Вот они и пытаются привлечь внимание и отвадить соперника. Только молодые, глупые не понимают, что вот так это проигрышная стратегия, можно самому пострадать, можно побить того, кому симпатизирует объект страсти. И какой тут выигрыш, глупо. Надо сперва с девушкой пообщаться, понять ее планы, чувства. Потом с парнем, но не в ее присутствии. Тогда может что и сложится, а так, одни проигрыши у них. — Смеюсь я и снова ей говорю: