Бен чувствовал ток Силы, наполняющей его мощью, он отбил ногой, попавшийся под сапог булыжник, ударившись о стену, камень издал приглушённый стук, и, отскочив, покатился в сторону завесы тумана, уплотнившегося до полной потери прозрачности. Вытянув вперёд руку, он ментально прощупал пространство, но, за туманный барьер его видение не проникло. Подняв камень при помощи левитации, Бен, запустил его в неизвестность. Ударившись и покатившись, он издал где-то там впереди: «туп-глак-глак».
По звуку, Бен понял, что путь не прервётся внезапным обрывом. Решительно шагнув за завесу, он почувствовал острое желание наконец настигнуть преследуемую цель, за которой он бежал, спотыкаясь, падая, и проваливаясь уже очень давно, он не мог бы ответить, сколько уже это «давно» длится… Красный плевок плазмы, стреляет Курук, как всегда прикрывавший всех с тыла, но, в этот раз стреляют по нему, потому что Бен предал свой Орден и застрелил своего.
Шестеро вышли с двух сторон, окружая его. Ап’лек нацелил на него топор мандалорского палача, здешний туман напоминал его приёмы с генерацией дымных завес. Траджен, в доспехах, замаскированных неровными кусками кожи, крутит вибро-тесак, и когда тот уворачивается от оружия, бьет Бена по лицу, сбивая с ног. Он поднимается, Силой отшвыривая подступающего Ушара, без оружия и доспехов фатально чувствуя уязвимость.
Куда он рвался? Из памяти всплывающим окном выступил ответ, — Мусорщица! — И, спасительной вспышкой, в руке зажёгся лайтсайбер [световой меч]… Тогда, он пробивался через, когда-то бывших своими, рыцарей Рен. Он прорывался к Рей, как и сейчас… Позади оставались: пронзённый в спину, похожий на бронированную установку, Ушар и мертвые одн за другим остальные пять рыцарей Рен, магистром которых он являлся, но таким образом заявил об отставке.
А что сейчас? И где он? Туман редел, перед его внутренним взором возник сожженный джедайский храм на Оссусе. Кто его сжёг, перебив всех адептов и падаванов? Это воспоминание о том, что было/не было приносило боль. Он не желал этого… Перед глазами предстал летящий в пропасть отец. Он искупил всё? Разве можно все это искупить?
— Нет! — услышал Бен, осознавая, что это кричит он сам, и, вдруг оказался в пещерной зале, стены которой сходились пирамидой. На него понимающе смотрела Рей, и рядом сидел на корточках, держась за голову Хакс, по его лбу стекала струйка крови.
— Хорош камнями кидаться, крифф криворукий! — раздражённо высказал рыжий, видимо, кроме внутренних переживаний, испытывая последствия удара камнем по голове, брошенным через завесу.
Глава 34
— И так, мы снова здесь, осталось понять для чего? — Рей взволнованно смотрела на мужчин.
— Преимущество нашего положения заключается в том что, по сравнению с прошлым появлениями здесь, мы помним больше, — констатировал факт Хакс.
— И мы можем из этого места запустить новый виток событий через прошлое, одно неосторожное желание и это произойдёт, с непредсказуемыми последствиями, — говоря это, Бен Соло чертил ботинком скафандра по крошеву на полу.
— Не в том ли наша миссия, чтобы прекратить, эти бесконечные витки? — задала вопрос Рей.
— В прошлый раз, когда мы проживали петлю, ты поздно к нам присоединилась, и потому не знакома с выводами тех исследований, — Хакс наклонил голову, закрывая ссадину на лбу отросшей чёлкой, затем надевая дыхательную маску обратно.
— Да, и что вам удалось выяснить?
Хакс вопросительно посмотрел на Бена Соло, словно спрашивая разрешения всё рассказать, но, он сам решил взять на себя эту миссию:
— Рей, наша галактика создана искусственно, и срок её службы истекает, и кто бы не создал это место, вероятно, он хотел выиграть время на краю бездны, чтобы найти пути спасения.
— И, как мы это сделаем? — пытливо глядя на него спросила Рей, которая словно повзрослела на все прожитые витки.
— Помнишь, ты искал выход из нашей зацикленной галактики? — спросил бывшего преследователя Хакс.
— Искал.
— Эта дверь здесь, мы можем выйти через неё, и тогда, этот мир за нашей спиной, точно рухнет, — сообщил свои неутешительные выводы Хакс.
— Почему? — теперь Рей переключила внимание на Армитажа.
— Анализируя легенды, я нашёл мотивы того, что эта галактика была создана для определенной семьи, и в ней был ряд планет, соединённых звёздными вратами, чтобы её члены могли перемещаться не используя звездных кораблей. И все те, кто сюда раз за разом возращается, активируя это место, являются потомками этой семьи.
— Браво!
Обернувшись, они увидели перед собой императора Палпатина собственной персоной, которого вынесли из-за туманной завесы на паланкине, четвёрка красных дроидов «страж».
— Чтобы это увидеть, стоило пережить эту бесконечную круговерть, — надтреснутый старческий смех сотряс его тело, вызвав опасение, что его тело похожее на мумию рассыпется прахом. Рей, зябко передёрнуло от мысли, что она биологически может иметь что-то общее с этим полутрупом. — Приблизительно витке на сотом, я научился сохранять память о происходящем, в галактике есть отражение этого места, в котором к вам вернулась память, хотя и хаотично сверстанная из разрозненных фрагментов. К счастью, вы как большинство молодых эгоистичных индивидов, изменения вносили лишь в отрезок того, что могли помнить, и чаще всего исходя из зацикленности на свои мелкие обиды и неудачи, и не затрагивали промежуток времени, когда я восстановился к жизни. Чаще всего вы даже не знали, что я есть. Вы умудрялись поубивать друг-друга и без моего вмешательства, ваша глупость, и неспособность видеть ничего дальше своего носа, приводила в отчаяние и бешенство. В предпоследнем витке я решил, приоткрыть, немного завесу над тем как на самом деле обстоит дело.
— И как же моя смерть её приоткрыла? — иронично поинтересовалась Рей.
— Разве ты умерла? Ты могла вобрать мощь всех стихов, вместо того чтобы сложить лапки и начать двигаться за грань, Ты должна была увидеть, что призраки Силы умеют хранить память, и готовы к падению нашей галактики, чтобы заселить, то, во что она преобразуется. Но, подсмотреть кое что удалось, не тебе, а потомку одного из моих экспериментов, — император выразительно смотрел на Бена, которому явно не нравилось подобное титулование. — Ах не переживай, генетически мы не связаны, — снисходительно успокоил его Палпатин, заметив произведённое впечатление.
— Но в действительности ты хотел поработить нас сам, — высказалась против нарисованных перспектив Рей.
— В этом и смысл, побеждает сильнейший. Никто у тебя не отбирал возможности превзойти меня, кроме твоих тупых родителей.
Упоминание о родителях заставило Рей нервно вздрогнуть.