У меня в голове крутились мысли касательно событий прошедших часов, большинство из которых были связаны с браком и детьми.
— Энди? Когда-нибудь ты станешь замечательным отцом, — выпалила я, распаковывая сумку, которую с собой привезла.
Он приподнялся на локтях и удивленно посмотрел на меня.
— С чего ты так решила, Зоуи?
Я усмехнулась его вопросу.
— Ты хорошо поладил с моими племянниками. И Джейк от тебя абсолютно без ума, — отметила я. — Даже несмотря на то, что называет тебя Энни.
Он усмехнулся.
— Он хороший парень. Очень любознательный.
Я закончила распаковывать свои вещи и бросила пустую сумку в шкаф.
— Энди? — я не знала, как это сказать и просто выпалила: — Чтобы ты знал, я принимаю таблетки. И я сдала все анализы, так что когда придет время, нам не придется об этом беспокоиться, — я легла на кровать рядом с ним, подвинувшись к нему близко, чтобы было удобно смотреть ему в лицо.
— Зоуи, думаю, этот разговор можно оставить на другой день.
— Нет, все в порядке. Я хочу, чтобы мы об этом поговорили. Я полагаю, что нам следует говорить как можно больше, чтобы лучше узнать друг друга. Если ты хочешь, конечно?
— Конечно, — ответил он. — Я сделаю все для тебя.
Я почувствовала себя немного виноватой, сбросив на него все мои проблемы, но ему нужно было узнать меня. У меня появилась идея: я собрала все семейные фотоальбомы и принесла их в свою комнату. Мы сидели на кровати и рассматривали фотографии. Мне показалось, что он был огорчен, не увидев в альбомах моих фотографий до четырнадцати лет.
— Я даже не знаю, как выглядела когда была маленькой, — печально произнесла я. — И смутно помню свои воспоминания о прежней жизни, до того как появилась здесь.
Энди медленно перелистывал страницы, проявляя интерес к каждой фотографии. Он остановился, найдя пару моих фотографий в старшей школе.
— Какой ты была в школе? — спросил он.
Я вздохнула, понимая, что, несмотря на свой страх, мне хочется рассказать о прошлом. Он должен понять причины, почему я стала такой.
— Я была не самым лучшим подростком, — призналась я. — Я получала хорошие оценки и успешно выступала в хоре, но первые два года в средней школе была очень трудной и... боже, — я сделала паузу. Это оказалось тяжелее, чем я думала. Будет ли он думать обо мне хуже из-за тех глупостей, которые я натворила, потому что пока я росла, никто не учил меня различать хорошее и плохое.
Он вытянул руку и сплел свои пальцы с моими.
— Не торопись. Мы можем с этим подождать.
Я понимала, но мне хотелось поскорее закончить с этим, и я решила продолжить.
— Когда я росла, у меня не была примера для подражания, а у моей биологической матери постоянно были мужчины, и я думала, что также должна вести себя с мальчиками,.. поэтому была немного… хм, распутной.
Он пристально смотрел на меня, я заметила тревогу в его глазах.
— Мне очень жаль, Зоуи, — сказал он. — Я понятия не имел.
Я знала, что у него появятся вопросы и решила рассказать свою историю.
— Я потеряла девственность спустя два месяца с начала занятий в старшей школе. Это случилось на вечеринке, на которой меня не должно было быть. Глупейшая вещь, которую я совершила.
Он сжал мои пальцы, пытаясь утешить меня. Я сделала вдох и продолжила:
— Говоря кратко, я была очень мрачной, злой и неуправляемой, и в течение последующих двух лет у меня было много парней... Я позволяла им пользоваться мной, поскольку мне было наплевать на себя. Когда мама узнала об этом, она заставила меня отправиться к психотерапевту.
Вздохнув, он закрыл фотоальбом и положил его на кровать.