Гвардия короля таяла. Погибли, мужественно защищая короля, почти все рыцари копья де Марли. Вот упал, раненый мечами врага, знаменосец Орифламмы королевства рыцарь Готье де Сен-Дени. Орифламму подхватил Жеро «Красный вепрь» де Ла Трюйи и, высоко взмахнув ею, крикнул:
– Монжуа Сен-Дени!!! Орифламма!!!!
В это время, несколько пикинеров графа Фландрии поддели копьями коня короля Филиппа, ранив животное. Наемники стали крючьями стаскивать Филиппа с коня. Король упал…
Враг устремился к королю, которого остался прикрывать… четырнадцатилетний оруженосец. Он бился, как молодой и резвый пес, с наемниками графа Феррана, убив троих. Враги наседали.
К королю приближался один из наемников, размахивая боевым молотом. В это время сам юноша был ранен одним из фламандских рыцарей, подъехавших на коне вплотную к королю Филиппу.
Падая, оруженосец старался закрыть своим телом и щитом своего короля, успев закричать изо всех сил:
– Мессир Бушар! Марли!!!!
– Ах ты, Боже мой!!! – Прорычал Бушар и, размахивая своим жутким мечом-бастардом, словно гигантская кровавая мельница, устремился на помощь…
Герен собрал, наконец, рыцарей и крикнул:
– За короля Филиппа! За Францию! Монжуа Сен-Дени!!!
– Монжуа Сен-Дени!!!!! – Рявкнули рыцари из-под шлемов и устремились на фламандцев, почти настигших короля Филиппа…
Граф Ферран запаниковал, услышав сбоку боевой клич рыцарей Франции, перешедших в контратаку. Он попытался развернуться, но… замешкался…
Бушар прорубился к королю и встал впереди него, размахивая мечом. Каждый взмах его страшного оружия, расчищал пространство перед ним, оставляя корчиться в лужах крови врагов. Бушар повернул голову и крикнул:
– Как вы, сир?!
Король поднялся и взял в руки меч:
– Спасибо, де Марли!
Они так и рубили врага вдвоем, пока не подоспело подкрепление. Только теперь король Филипп и Бушар склонились над оруженосцем:
– Как ты, малыш? – Спросил король, когда тот открыл глаза.
– Спасибо, сир! Пустяки… – он закрыл глаза.
Бушар упал возле него на колени и бегло осмотрел оруженосца короля:
– Ерунда, сир! Мальцу, видно, крепко заехали молотом по шлему! А так – целехонек!!!
Король сел на подведенного к нему свежего декстриера. Он выхватил меч и крикнул:
– Монжуа Сен-Дени!!! Вперед! Рыцари Франции! Добьем врага!..
Матье де Монморанси на полном скаку налетел на графа Феррана, пытавшегося развернуть коня для отхода. Рыцари сшиблись, звеня мечами. Граф пытался защищаться, но сопротивляться опытному в рукопашном деле Матье де Монморанси он не мог. Несколько ударов, – и граф Ферран оказался безоружен. Он поднял руку в латной рукавице вверх и крикнул:
– Я, Ферран, граф Фландрии! Я сдаюсь на вашу милость!!!
Матье кивнул оруженосцам, которые быстро связали и разоружили графа Фландрии. Фламандские рыцари, видя, что их граф взят в плен французами, бросились в паническое бегство…
Отряды графов де Бар и де Бомон в это время с тыла атаковали части герцога Брабанта, прорубаясь к своим частям. Герцог Анри де Брабант, опасаясь попасть в плен, бросился в панике бежать. Его рыцари еще некоторое время сопротивлялись, но, когда на них в лоб ударили рыцари Бургундии, Сен-Поля и Вермандуа, разбежались в панике…
Правый фланг французов разгромил врага и устремился на центр, где стоял император Оттон и его немецкие бронированные рыцари…
Левый фланг французов еле сдерживал атаки Рено де Даммартена, постоянно пятясь назад. Рыцари и пехотинцы из последних сил сдерживали атаки лезущих напролом рыцарей Рено…
Епископ Бовэ, монсеньор Филипп де Дрё больше походил на рыцаря, нежели на священника. Его шлем украшала тиара епископа.