– Сколько раз вам можно говорить – брат мой Людовик и так сделал для меня слишком много! Нельзя требовать от него постоянных забот и услуг! Я, в конце концов, уже вырос из пеленок и способен сам решить свои проблемы! – Король возмутился и вскочил, размахивая кулаками. – Господи! Как же я устал с вами, остолопами!.. – Он повернулся к Ги де Леви и, кивая на растерянных советников, выпалил. – Вот, полюбуйся, с какими идиотами я живу! Кошмар, да и только! Тихий ужас! Матерь Божья!..
Ги едва сдержался, чтобы не рассмеяться над причитаниями Шарля, кашлянул и ответил:
– Я еще раз настаиваю на своем мнении – Конрадин нападет на нас не раньше начала лета. Его беспокоят города севера Италии, а то, что король Людовик скапливает крестоносцев в портах Эг-Морта и Марселя, заставит его разделить свои силы на две части. Он не станет бездумно рисковать, он парень пугливый и трусоват в душе. Значит, он двинет против нас не больше пятнадцати тысяч человек, да и то в идеальном случае!..
– Это все равно вдвое больше наших войск… – Шарль грустно посмотрел на него. – Даже втрое… – король встревожился не на шутку, ведь даже половина армии Конрадина могла запросто смести его войска, раздавив их численным превосходством. Он посмотрел на Луку и спросил. – Кто командует германскими частями у Конрадина?
Де Сент-Эньян поднял глаза и спокойно ответил, словно сегодня вечером обсуждался не просто важнейший этап жизни для королевства, на кону стояло не их будущее, а обыденный и простейший вопрос:
– Вторым командующим, насколько мне известно, уродец назначил Фридриха Австрийского. Он молодой, но очень толковый командир, всего на три года старше Конрадина, но уже отличился в нескольких боях со славянами Сербии, чешскими мятежниками и германскими соседями…
– Это все?.. – Шарль вопросительно посмотрел на него.
Тот подал плечами и также меланхолично ответил:
– Нет, сир. Фридрих весьма азартен, увлекающаяся натура, способная потерять концентрацию в самый ответственный момент, любит вино и женщин…
– Ничего особенного… – пробурчал Адам де Фурр. – Мы все любим женщин…
– Увлекающаяся натура, говоришь?.. – король улыбнулся. – Ну, что ж, надо использовать против него его же слабости. Стоит подумать об этом…
Гоше де Белло тихонько постучал пальцем по дубовой столешнице, стараясь привлечь к себе внимание короля. Шарль повернулся на стук, и де Белло тихо произнес:
– Простите, сир, но, насколько мне известно, отдаленный Арагон также проявляет сильную обеспокоенность происходящими в Италии событиями…
– Господи! И откуда ты у меня такой умный! – Взмолился Шарль. – Вы говорят, как люди, только ты, как откроешь свой рот, так и несешь такие замудреные и вычурные словечки, что хоть стой, хоть падай! Говори яснее и короче!..
– У Арагона тоже зубы и виды имеются! – Обиженно выпалил Гоше.
– Вот! Совсем другое дело! – Шарль хлопнул в ладоши. – Всем сразу же стало ясно, как Божий день! Арагон, к счастью, от нас отделен Францией и морем…
– Есть идея, сир, что их королю тоже может быть выгодна смерть Конрадина… – Гоше бросил хитрый взгляд на советников. – В отряде, который принц Филипп и мессир Ги привели в Неаполь, есть с полсотни арагонских рыцарей…
– Ну, и что же?.. – Шарль сильно стукнул кулаком по столу. – Говори быстрее, что ты, хитрая твоя морда, придумал!..
– Отправим, пожалуй, половину из них обратно домой, пусть доложат своему королю, что, да как тут у нас, передадим письмо, возможно, они и прибудут к нам в поддержку еще до начала лета…
В комнате наступило гробовое и напряженное молчание. Шарль громко сопел, раздумывая над словами и предложением своего пронырливого, как скользкий угорь, казначея, маршал недоуменно моргал глазами, Лука тихо улыбался себе под нос, а Ги подпер подбородок рукой и смотрел на Шарля.
– Дочка Манфреда, если не ошибаюсь – Констанция, замужем за сыном и наследником короля Хайме Арагонского? – Шарль пристально посмотрел, почему-то, именно на де Леви. Тот молча кивнул. Король нахмурился и произнес. – Все верно выходит. Со смертью последнего законного отпрыска рода Гогенштауфенов у Арагона появляется призрачная надежда на престол королевства Обеих Сицилий.
– Сир! Они и так уже распоясались на море, осадили и захватили Балеарские острова, Минорку и Мальорку… – маршал засуетился, когда разговор стал склоняться к военным вопросам. – Их флот достаточно силен и мобилен…
– Зато их армия слабовата. Рыцарство, можно сказать, никакое… – вставил словечко Лука де Сент-Эньян. –
– Да, согласен, но у них превосходные арбалетчики и легкая конница… – маршал не унимался. – Вот, если Франция нам поможет и атакует их с севера, тогда…
– Да ты с ума, что ли, сошел?! – заорал Шарль, бросая на де Фурра гневный взгляд. – Вы все тут ополоумели! Теперь им, видите ли, подавайте войну с католическим Арагоном!..
– Сир, у меня есть одна прекрасная, на мой взгляд, идея… – Ги встал и поклонился королю.
Шарль бросил на него заинтересованный взгляд, советники притихли и выжидающе посмотрели на рыцаря.
– Коли мне не изменяет память, сир, – Ги снова поклонился, – Арагон также изъявил покорность святому престолу и готовит своих крестоносцев в поддержку славному королю Людовику, моему великому сюзерену, храни его Господь и даруй ему сто лет жизни!
– Так! И что?.. – Шарль надул щеки.
– Порты для отправки определены, но для Арагона нужны перевалочные базы и порты отдыха. Вот вы, сир, и предложите королю Хайме, любезно, свои порты Неаполя, Бриндизи и Бари… – с хитрой улыбкой произнес де Леви.