Когда он умолк и с вздохом раскаяния и готовности к принятию любого наказания от короля опустил голову, Людовик немного посопел, стукнул своим здоровенным кулаком по дубовому подлокотнику кресла так сильно, что крепкое и мореное дерево не выдержало силу удара и треснуло. Король пристально посмотрел на аббата, гневно насупил брови и тихо, чтобы не разбудить свою жену, сказал:
– Спешно отправляй гонца в Монтрей-сюр-Мер. Завтра же две галеры должны выйти в море и спешно двинуться к Кардиффу…
Сугерий упал перед ним на колени, припал губами к его холодной ладони и, осыпая ее поцелуями, зашептал:
– Спасибо, сир… – в его глазах снова блеснул задорный огонь. – Вы, сир, воистину великий король…
– Спеши, лизоблюд хренов… – немного потеплев, ответил ему Людовик. – На кол тебя, еретика, я всегда успею насадить. А пока делай все возможное и невозможное, да молишь беспрестанно, чтобы твой де Леви умудрился выкрасть герцога Робера Куртгёза!..
Он поднялся, ойкнул, помял немного свой огромный живот, терзаемый хронической дизентерией, чуть скривился, но взял себя в руки, похлопал аббата по спине, тихо хохотнул и произнес:
– Эх, если это дельце выгорит – ну и шума мы наделаем в Европе… – он чуть склонил голову. Его смеющиеся и полные иск жизни глаза, как и в былые годы, с задором смотрели на Сугерия. – Я даже не представляю, до каких пределов вытянутся лица у наших «любимых» кузенов де Блуа!.. – Он резко развернул Сугерия к выходу из ниши, игриво поддал коленом ему под зад и прибавил. – Живо отправляй гонцов, бездельник! Ух, я тебя…
Ровно через полтора суток две галеры и легкий неф, гонимые почти попутным северо-восточным ветром, вышли из порта Монтрей-сюр-Мер и взяли курс на запад, пытаясь обогнуть берега Англии и добраться до Кардиффа…
ГЛАВА XIV. Кардиффский узник. (Начало)
На удивление, начало операции прошло, почти как по маслу. Арнульф и оба скандинава, непонятно каким образом, да это и неважно сейчас, но смогли угостить караульных вином с сонным порошком, после чего Свен и Олаф, прихватив восемь человек из числа нанятых Арнульфом, практически без лишнего шума и сопротивления захватили главные ворота и башни цитадели. Отрядив половину из дюжины этого нелепого сброда, собранного англичанином в городке и замке, для организации поджогов в городе, викинги вооружили остальных луками и, выставив на стенах малочисленный заслон, стали заваливать ворота замка, превращая их в труднопреодолимое препятствие.
Арнульф же направился к де Леви, который вместе с Гуннаром и Абдаллой уже дожидался его в полном вооружении и с трудно скрываемым нетерпением.
Когда город запылал в нескольких местах, три из которых были в его западной стороне, а остальные в полном хаосе в центре и на востоке, они проникли на этаж донжона, где содержался плененный герцог. Несколькими ударами Гуннар и Абдалла прикончили двух копейщиков, вздумавших вздремнуть возле входа на этаж, и подошли к крепкой дубовой двери, окованной толстыми железными пластинами.
Арнульф громко постучал в нее. Сонный голос, принадлежавший одному из пяти стражников, охранявших внешние покои герцога, спросил из-за двери:
– Что за шум?!
Арнульф прижался к краю двери и громко прокричал:
– В городе пожар и восстание! Угроза для герцога Робера!..
Послышались звуки убегающего стражника, через мгновения, казавшиеся всем вечностью, из-за плотно закрытой двери послышался голос рыцаря, отвечавшего этой ночью за охрану пленника.
– Мэтр, это вы?! Что за напасть вас притащила посреди ночи?!..
– Мессир Гийом, открывайте живее! Замок вот-вот захватят повстанцы и сторонники герцога!.. – Арнульф переглянулся с Филиппом, который кивнул ему, после чего приказал. – Именем короля, откройте! Враги короны намереваются захватить герцога!..
Рыцарь за дверь немного замялся, но фраза: «именем короля» совсем выбила его из колеи, заставив немного испугаться и на мгновение запаниковать. Он приказал стражнику открыть дверь…
– Мессир де Ипр! Ваша светлость! – Рыцарь, руководивший построением отряда, подъехал к командирам. – Отряд готов к маршу! Жду приказаний…
Глостер молча посмотрел на Гильома, тот кивнул и, вытянув вперед руку, произнес:
– Скорым маршем! На город! Входим двумя колоннами! Десять рыцарей и всю прислугу приказываю выставить возле ворот! Всех строго проверять!
Глостер не выдержал и вклинился в приказ де Ипра:
– Мужчин задерживать, женщинам смотреть в лицо! Неровен час, кто-то вздумает переодеться в бабские одежды, чтобы под шумок выскользнуть из крепости!..
Гильом скептически посмотрел на него, усмехнулся и, дождавшись момента, когда рыцарь отъедет от них, вплотную подъехал к графу, после чего тихо сказал:
– Ваша светлость. На мой взгляд, это излишне. Мессир Филипп не из тех, кто решится спрятаться от опасности под женским обличьем…
Робер резко сверкнул глазами, широко раздул ноздри и крепко сжал поводья своего иноходца:
– Мессир де Ипр. – Ироничным тоном ответил он. – Лично вам я верю на слово и ничего не имею против мессира де Леви, но я не уверен в своем дядюшке…
Гильом отвернул от него голову, молча поддал шпорами своего жеребца и понесся в голову колонны.