Шана сидела в машине «скорой помощи». Рядом с ней сидела фельдшер – широкоплечая белая женщина с горбатым носом и добрыми глазами. Она представилась как Хитер Бернс. Вторым фельдшером был Брайан Макгинти, мягкоголосый стручок со светлой бородкой. Также белый. Он стоял рядом с машиной и разговаривал с отцом Шаны. Их слов девушка не слышала.
– Твоя сестра, – спросила фельдшер Бернс, – она была первой?
– Да. Точно. – Шана поймала себя на том, что у нее трясутся руки, хотя она не могла сказать почему. За плечом фельдшера был виден угол покосившейся автобусной остановки, где они с отцом нашли Несси через два дня после того, как мать ушла из дома.
– А остальные двое?
– Мистер Блеймир, учитель геометрии, он появился… мм, не знаю точно, больше часа назад, на Орчард… нет! Нет, э… на Майн-Хилл. А третья – я ее не знаю. Извините.
– Но она просто появилась?
– Да, прямо перед тем, как вы сюда приехали.
На вид третья «сомнамбула» была молодой, но все-таки постарше сестры Шаны. Наверное, лет двадцати с небольшим. Мексиканка. Или латиноамериканка? Блин. Разница есть, Шана была в этом уверена, однако сейчас она не могла вспомнить, какая именно. Длинные черные волосы, ниспадающие ниже плеч, до лопаток. Широкие бедра, но узкие плечи. Эта женщина была без обуви, но в носках. В розовых носках, уже ставших снизу красными от сырости и грязи.
Женщина появилась сразу после того, как Шана, следуя за сестрой и мистером Блеймиром, свернула с Майн-Хилл на Гренджер-роуд. У нее на глазах эта молодая женщина вышла из двери маленького дома с гаражом и направилась по прямой к Несси и мистеру Блеймиру. Глаза у нее были такие же мертвые, похожие на шляпки гвоздей.
Она присоединилась к своим собратьям.
И их стало трое.
«Лунатики, – подумала Шана. – Трое лунатиков».
Девушка тщетно попыталась унять охватившую ее холодную дрожь. «Тут не осталось ни крупицы разума», – подумала она. Полная пустота в головах. Встревоженный внутренний голос предостерег ее: «Это начало чего-то, просто мы еще не знаем, чего именно».
– Они больны? – спросила Шана у фельдшера.
– Не знаю. Я не врач.
– Да. Понятно. – Шана моргнула. – Они будто гуляют во сне.
– Очень подходящее описание, – кивнув, улыбнулась Хитер – эта улыбка принесла Шане некоторое облегчение. – Ну хорошо. Пока эти трое, эти лунатики, не зашли слишком далеко, я по-быстрому объясню, что мы собираемся сделать. Введем им седативное средство, всем троим по очереди…
– А разве его вводят не в вену? Они не будут стоять на месте и ждать, когда вы нащупаете у них вену…
– Мы введем им халдол. Его колют прямо в ягодицу.
– А, понятно… А если они упадут?
– Это не настолько сильное средство – оно не усыпляет, а только успокаивает возбужденных пациентов, даже буйных. Но на всякий случай я, делая укол, буду стоять сзади, вдруг пациент завалится назад. А Брайан будет стоять спереди, если все пойдет наоборот.
Шана кивнула.
– Вы начнете с Несси?
– Как раз сейчас Брайан получает разрешение у вашего отца.
– Ясно.
– Вы не знаете, употребляет ли Ванесса наркотики?
– Господи, никаких наркотиков! – не сдержавшись, рассмеялась Шана. – Несси у нас абсолютно правильная! – Она вспомнила, как однажды предложила сестре попробовать пиво – Несси скорчила лицо, став похожей на выжатый лимон, и отказалась даже пригубить. Шана попыталась в буквальном смысле заставить ее выпить силой, но в последний момент Несси дунула, забрызгав ей пеной все лицо. Господи, как же тогда Шана разозлилась на сестру! А теперь это казалось такой глупостью…
– Ну хорошо. – Хитер посмотрела на второго фельдшера, и тот едва заметно кивнул. – Похоже, можно начинать.
– Мне бы хотелось быть рядом.
– Разумеется. Все будет быстро и безболезненно, а затем, надеюсь, мы сможем успокоить вашу сестру и доставить ее вместе с остальными в больницу. Просто чтобы выяснить, есть ли у них еще что-либо. Скорее всего, больше ничего нет. Вероятно, просто… не та фаза луны или что там еще.