Кенен задумчиво посмотрел на потолок.
— Двести-двести пятьдесят, если брать по минимуму. И ещё упаковка…
— Называй компоненты, — Константин включил смарт и провёл пальцем по экрану. — Подожди, Гедимин, тут нужна точность.
— Не забудь про капсаицин, — сармат косо посмотрел на Кенена и отвернулся к окну. Снаружи уже стемнело; над оградой завода загорелись фонари. Северная дорога виднелась в отдалении широкой огненной лентой.
— Двести семьдесят четыре, и ни койном меньше, — Кенен вздохнул с облегчением и отодвинул от себя смарт. — Можешь ещё раз пересчитать, если заняться нечем. Какой прок с этих твоих подсчётов⁈ Что двести, что триста, — благотворительностью я не занимаюсь. А у вас на двоих одного койна не наберёт… Эй! Потише!
Гедимин сдвинул руку немного в сторону, с горла Кенена на его плечо, и снова крепко сжал пальцы.
— Думай, — буркнул он. — Потом открывай рот. У меня есть деньги. Сто пятьдесят с мелочью. И будет ещё семьдесят.
Он потянулся к карману, но Константин остановил его руку.
— Отпусти Кенена. Сломаешь ему ключицу — лучше от этого не станет. У нас с Бьорком тоже кое-что есть. Мы можем дать по сотне.
Кенен отодвинулся подальше от Гедимина и потёр помятое плечо.
— Ну, парни… Если деньги у вас есть, то это другое дело, — сказал он, недоверчиво глядя на сарматов. — Тогда пора начинать. Полтонны быстро не сваришь.
— Идём, — кивнул Гедимин. — Мы всё соберём, ты займёшься делом.
…Сарматы, лениво разглядывающие полки в магазине Грегори, не обратили внимания на ещё четверых покупателей, но когда торговец вывалил на прилавок охапку разноцветных пакетов, все разговоры вокруг внезапно стихли.
— Эй, — один из сарматов осторожно потрогал пальцем плечо Гедимина — тот стоял в стороне и ни во что не вмешивался. — Куда вам столько еды для макак?
— В жжёнку, — отозвался Гедимин, разглядывая полоски на комбинезоне сармата. Это был один из строителей «Полярной Звезды» — не из бригад главного корпуса, скорее всего, с градирен или с сольвентных станций.
Сармат недоверчиво хмыкнул.
— В жжёнку? Вот это? Новое изобретение? Хольгер придумал?
Константин, услышав разговор, повернулся к сарматам и тронул Гедимина за руку.
— Можешь говорить. Всё равно мы всех соберём, — он огляделся по сторонам и жестом подозвал к себе всех строителей и нескольких филков с завода. — Двадцать восьмого мы не пойдём на дневную смену. Будет День атомщика. Будем раздавать жжёнку, разглядывать станцию и запускать петарды с крыши. Арбогаст хочет запретить нам — видимо, сговорился с макаками. Но мы обойдёмся без него.
Сарматы переглянулись.
— Кто не пойдёт на смену? Вообще все? — спросил один из них.
— Все атомщики. Кто работает на заводе «Вестингауза», кто строит станцию, — все, кто захочет, — ответил Константин. — Это наш новый обычай.
— Если мэр запретил всё это, откуда у вас деньги? — спросил другой сармат.
— Это наши, — буркнул Бьорк, заталкивая купленное в большой пакет.
— Вас трое, — сказал сармат, обводя компанию взглядом. — А нас — под три тысячи.
— Если с заводом, то все пять, не меньше, — вклинился в разговор один из филков.
— Идём-идём, парни, — Кенен, рассчитавшись и раздав всем их карты, огляделся по сторонам и заметно встревожился. — Дел ещё много.
Он начал проталкиваться к двери. Сарматы переглянулись.
— Так не пойдёт, — сказал тот, кто первым заговорил о деньгах, и подошёл к кассе, протягивая торговцу карту. — Двадцать койнов. Переведи Константину Цкау.
— Не нужно, — северянин, смутившись, тронул его за плечо. — Это же наша затея.