Айзек подошёл первым, застенчиво посмотрел на Гедимина и вскинул руку в приветственном жесте. Бьорк встал чуть поодаль, глядя исподлобья.
— Будут подлёдные купания, — сказал им Константин, кивнув на инженеров. — Местный обычай. Я с ними. Вы?
Айзек едва заметно вздрогнул и провёл пальцем по располосованной скуле.
— Я, пожалуй, накупался, — пробормотал он, виновато покосившись на Гедимина. — Не пойду.
— Я иду, — буркнул Бьорк. — Там есть где согреться?
Иджес ухмыльнулся.
— Всё есть. Мы устроили в общественной душевой парилку. Тепло, как на Венере. Айзек, ты там можешь посидеть. Под лёд тебя не потащат.
— Парилка? — Бьорк посмотрел на него с интересом. — Кто устроил? Сильно переделали?
— По дороге расскажу, — махнул рукой Иджес. — Нам её ещё греть. Жаль, Хас уже спать ушёл, там без него всё выстудят…
Сарматы выбрались из барака, разминувшись в коридоре с группой незнакомых поселенцев с номерами «Новы». Гедимин покосился на них и удивлённо хмыкнул.
— Константин, а что ты не в своей бригаде? Вас тут много…
Северянин качнул головой. Он шёл рядом с Гедимином, незаметно оттеснив Иджеса; впрочем, механик не возражал, — он что-то оживлённо рассказывал Бьорку, а тот фыркал и ухмылялся во всю пасть.
— В бригаду я всегда успею. Хочу узнать вас получше. Мы теперь работаем вместе. Особенно с тобой. А я тебя не знаю.
Гедимин пожал плечами.
— Знать особо нечего. Это моя первая станция… А ты работал раньше? Где учился? В Канске?
Северянин усмехнулся и покачал головой.
— Работал… Я немного раньше начал. Сейчас Канск неохотно берёт студентов. Говорят, Лос-Аламос тоже. Как ты в него пробился?
…На берегу захрустели кусты; на освещённую полосу льда спустился сармат и остановился, глядя под ноги. Пятно утоптанного снега два на два метра полностью занимал чертёж. Гедимин провёл линию по ближнему краю, покосился на озадаченного сармата на берегу, жестом попросил не наступать и повернулся к Константину. Тот молча стоял на краю расчерченной площадки и немигающим взглядом смотрел на чертёж, изредка заглядывая в смарт и что-то поправляя на экране.
— Запустить не удалось, — хмуро сказал Гедимин, отвернувшись от чертежа. — Не знаю, был ли он рабочим.
Константин рассеянно кивнул, выключил смарт, прошёл вдоль площадки и повернулся к Гедимину.
— «Звёздный кондор», да? Сам доработал? И почти построил⁈ Надо же… Трудно поверить.
Он обошёл реактор по кругу.
— Вот эта схема… у тебя что, остались наметки? После захвата, после всего… Где ты их хранил? Я не видел, чтобы ты доставал смарт… или ещё что-то. Ты что, помнишь всё? В таких подробностях⁈
Гедимин мигнул.
— Это мой реактор, — буркнул он. — Кому ещё его помнить⁈
Константин недоверчиво покачал головой.
— Ты странный даже для атомщика, — ухмыльнулся он. — Я никогда не затевал таких… проектов. Ты думал, что тебя за это могут… ну, например, расстрелять?
Трое сарматов на берегу до этой фразы хмыкали и пересмеивались вполголоса, но тут один из них не выдержал и громко фыркнул, тут же получив локтём по рёбрам от соседа.
— Эй, теск, ты о чём⁈ Атомщик на расстрел ходит, как на работу! — сказал он, ухмыляясь всем перекошенным лицом. — И задрал весь Ураниум чертежами реакторов. Да от него уже еноты разбегаются, когда он в лес заходит!
Гедимин недовольно сощурился.