А у меня родилась запоздалая идея. Не просто понаблюдать за объектом, но и выйти на прямой контакт. Конечно, это надо было делать с умом и не засвечиваться.
Эх, почему блестящие мысли стучатся в голову с запозданием? Я рассудила, что никуда Макс из клуба не денется, хотя бы часик там потусуется. А я тем временем могла кое-куда отлучиться и кое-что изменить в собственной внешности.
Жаль, время было уже довольно позднее, и Светка могла выкатить претензии…
– Свет, ты сейчас на работе?
– Я сегодня с утра работала и пораньше ушла, – по телефону было отчетливо слышно, как Светка что-то жевала. – Поэтому дома сейчас, уже давно. А что?
– Вот жалость какая… У меня срочное дело по парикмахерской части…
– Перестрелка в салоне? Или упаковку пены для укладки похитили?
– Ты остроумна, как всегда. Нет, просто мне надо срочно имидж поменять.
– Приходи завтра в любое время. Я тобой с удовольствием займусь.
– Мне ведь срочно надо.
– Прямо горит?
– Ну да. Буквально полыхает. Каждая минута на счету.
– Ладно, – смилостивилась Светка. – Ты же все равно не отстанешь. Приезжай ко мне, откроем салон на дому. Первый раз, что ли.
– Светик, я тебя обожаю и ценю больше всех!
– Не подлизывайся, Иванова.
В квартире моей любимой парикмахерши, как обычно, царил творческий бардак. На стульях вперемешку висели шмотки и полотенца, на диване и креслах валялись журналы и упаковки из-под чипсов, в углу скучал пылесос.
– Не обращай внимания, – сказала Светка. – Я собиралась генеральную уборку устроить…
– Вечером?
– Почему бы и нет? Но раз ты заявилась, придется генеральную отложить. А я так мечтала навести полный порядок…
– Да ладно, ты даже рада предлогу. Лишь бы не убираться.
– Ну-ууу-у, может, ты и права. На работе приходится соблюдать идеальную чистоту и санитарию, а в родной берлоге имею полное право расслабиться и не напрягаться. Так, что уж ты там хотела сменить? Имидж?
– Ну да. Короче, мне надо преобразиться так, чтобы никто не узнал. И не опознал, если вдруг чего.
– На дело собираешься? – уважительно спросила Светка.
– Можно и так сказать. В общем, причеши меня как-нибудь по-другому и какой-нибудь пафосный макияж сделай, пожалуйста. В ночной клуб собираюсь.
Светка по-наполеоновски сложила руки на груди, окинула меня орлиным взором.
– Нет, Иванова, тут прической и макияжем не обойдешься.
– Только не вздумай меня стричь! Мне еще жить как-то после стрижки! А я намерена жить долго и счастливо.
– Стричь я тебя не стану. Будем красить.
– В смысле?
– В радикальный черный цвет. Как Кису Воробьянинова.