— И-де-аль-но… — выдохнул Старгородский. — Принимается. Тогда вообще песня — пусть попробует кто-нибудь сунуться за этими моделями — враз уши оборвут.
Тем временем. г. Рябиновск. Кабинет Председателя райисполкома
На встречу с предриком пришло немало народа, а главным цементирующим элементом инициативных групп стала Ирина Шмелёва. С одной стороны явилось новоиспечённое руководство швейной фабрики, с другой — пришли музыкальный руководитель группы «Послезавтра», её хореограф и Юлия Звонцова, как руководитель идеологического проекта. Собственно, пока ждали главу района, все перезнакомились и на приглашение Елены Михайловны в кабинет нагрянули гурьбой.
— Доброе утро. Смотрю, целая делегация ко мне пришла.
— С большими и маленькими проблемами, Елена Михайловна, — усмехнулась Ира. — Понимаю, что в городе сейчас появились свои трудности, но дальнейшее ожидание ставит под угрозу наш проект. И не только его…
— Постараюсь помочь, — кивнула она. — С чего начнём?
— Нужна помощь на уровне Калачеевского обкома. Необходимы ткани, взрослые костюмы зайцев и Снегурочек. Товарищи с фабрики готовы оказать посильную помощь в подгонке костюмов, если не удастся найти сами ткани…
— А нам фонды зажали, — вздохнула Карасёва. — И всё по вине прошлого директора.
— Не думаю, что обком здесь как-то поможет, — покачала головой Куницина. — Вполне вероятно, что уровень здесь выше.
— Тогда нужно идти к полковнику Остапову, — встала из-за стола капитан Звонцова. — Ир, я краем уха слышала, что ты в скором времени хотела посетить столицу нашей Родины по контрактам с ГДР и Болгарией. Что если выйти на руководство страны и попросить бартерную сделку?
— Знаю точно, что в ГДР очень хорошая полиамидная ткань, а болгары выпускают качественный шёлк и фурнитуру, — проинформировала Вишневская. — Это из того, что нам понадобится на первом этапе. А дальше определимся в процессе.
— Я бы поехала, но мне надеть нечего… — вздохнула Шмелёва. — Не хочу абы как предстать перед представителями другой страны.
— Ирина, а если я пожертвую свой костюм? — подняла на неё взгляд Мартынова. — Я его надевала всего раз, на одно торжество, а сейчас он мне безвозвратно мал… просто это была память о том мероприятии… Но ради такого дела… в общем за сутки перешьём… только мерки с вас снять…
— Алла Борисовна, слов нет — так выручили, — солнечно улыбнулась Ира.
— А блузка чёрная у вас есть? — встрепенулась Вишневская. — Я к чему — у моего мужа полгода назад был заказ на партию туфель… хорошая мягкая кожа. Отличное сочетание было бы…
— Привлекательный имидж получится! — согласилась с ней Мартынова. — Тогда после разговора с полковником ждём вас на фабрике.
К полковнику нагрянули сразу обе — Ира и Юля. После получасового предметного разговора с уточняющими вопросами от Александра Петровича, тот испытывающе посмотрел на обеих:
— Что, думали, везде и сразу дело попрёт в гору? Эх, если бы так было всегда… Ладно, ждите результата, скажем… — он посмотрел на часы, — …к четырём вечера.
Там же. Часом позже
Александр Петрович снял трубку «вертушки» и набрал трёхзначный номер.
— Слушаю.
— Здравия желаю! Это «двенадцатый».
— Есть проблемы? Докладывай.
По мере прослушивания Крючков начал постукивать ручкой по столу и отложил недавно взятый в руку документ.
— Значит, нужен выход на наш МинВнешТорг…
— Так точно. Шмелёва, как юрист, отвечает за вопрос сотрудничества в правовом русле, поэтому хочет пообщаться с людьми из ГДР и Болгарии.
— Им и так режим благоприятствования организовали, а они внутри страны не могут договориться.
— Никак нет. Им дали фонды, но бывший директор трикотажной фабрики решил по-своему. Он уже в тюрьме, но группе Шмелёвой от этого не легче — фонды уплыли по бартеру, и вернуть их уже не получится. А новые нужно ждать, но их сроки поджимают.
— Придётся звонить «Первому». Ладно, жди.
Андропову Владимир Александрович звонил уже по ЗАСу. Он передал всю информацию о проблеме и замолчал, ожидая решения.