Отбросы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Потеряв счет времени, проведенное в объятиях друг друга, мы просто наслаждались близостью. Для меня этот опыт оказался очень приятным. А уж на что оказался способен ее язык, было невозможно описать доступным мне словарным запасом. Конечно, для меня это все было в новинку и даже в некоторой степени странно, но от того не менее приятно.

В данный же момент мы сидели в остывающей бане, обнимая друг друга. Прислонившись ко мне спиной, ламия поглаживала мои ноги и игралась с прядями волос. Змеи на ее голове сейчас пребывали в состоянии покоя.

Я тоже давал волю рукам, поглаживая нежную кожу, на талии и животе девушки. Не видь я собственными глазами на что ламии были способны в бою, я бы определенно решил, что ее народ появился на свет с единственным предназначением – дарить ласки и наслаждение. Хотя, в этом мире внешность похоже часто бывает обманчива.

Наслаждаясь моментом, я потихоньку погружался в собственные мысли, вспоминая нашу первую встречу и принесенную тогда клятву. Ответь я тогда иначе, и моя жизнь в новом мире была бы очень короткой – «Кажется, меня можно поздравить с повышением, из слуги сразу в любовники» – хотя, как хозяйку я ламию при этом не воспринимал, да и на счет своего положения не то, чтобы не переживал – скорее, даже не задумывался о нем. Возможно отчасти потому что в мире орка матриархальные общества не были редки – те же ламии и дроу, и служить под началом женщины там не считалось чем-то зазорным. Да и в моем мире, у тех же русичей были случаи, когда бразды правления в свои руки брала – княгиня, как в прочем и среди моих людей – в отсутствии хана за старшую вполне могла остаться его жена. И никого это не смущало.

Я осторожно подался вперед: целуя Ка’риш в макушку, одна из змей чуть дернулась в ответ, но в целом все они продолжили пребывать в состоянии покоя.

Ламия запрокинула голову, ловя мой взгляд, губы ее растянулись в улыбке, обнажая клыки:

– Мне еще никогда не было так хорошо, – томно прозвучал голос девушки, фальши или наигранности в нем при этом не ощущалось.

– «Неужели я и правда оказался настолько хорош?»

– Что-то не так? – спросила шестирукая, заметив мою задумчивость.

– Просто не верится, что я смог настолько впечатлить тебя, – улыбнувшись, ответил я.

Девушка вздохнула:

– Тогда, возможно, мне стоит признаться тебе, – улыбка покинула лицо ламии, а голос стал серьезным. – Я не испытывала раньше удовольствия от близости, – чуть помедлив, девушка добавила: – Никогда. Вообще.

– Это как? – не понимающе спросил я.

Такое в принципе-то было возможно лишь в ряде случаев: если у девушки партнеров ранее не было – процесс лишения невинности редко для какой особы проходил приятно и не важно какими искусным любовником при этом был ее мужчина. Слышал я и о тех, кто по каким-то причинам в принципе не были способны чувствовать удовольствие от физической близости, но здесь-то случай не тот. Оставалось неопытность или нежелание партнеров доставлять девушке удовольствие, что часто бывало если... – «Я была пленницей бездны, что сражалась на арене, по воле своих хозяев» – холодок пробежал по телу – «Ее что, насиловали?» – я заглянул в глаза ламии.

– Видишь, ты и сам все понял, – улыбнувшись уголком рта, ответила на мой немой вопрос Ка’риш.

Я промолчал, сильнее прижимая к себе человеческую часть туловища своей подруги, или правильнее теперь говорить любовницы? – «Впрочем, чего это я вообще заморачиваюсь? Какая, по-большому счету, разница?»

– А у тебя в прошлом было много женщин? – снова расслабляясь в моих объятиях, спросила ламия.

– Да неособо, – признался я. – Орку в общем-то было некогда шашни крутить, редкие интрижки думаю можно не брать в расчет. У меня же... Я все-таки был вождем, у меня было много невольниц и я мог взять себе любую. Но я любил своих жен и детей, что они мне подарили.

– Жены? – переспросила Ка’риш.

– А что с этим не так? – удивившись реакции своей подруги, вопросом на вопрос ответил я.

– Если ты помнишь, у моего народа матриархальное общество...

– Помню, оттого и не понимаю, – признался я.

Ламия улыбнулась:

– Я к тому, что не потерплю конкуренции, буду ревновать... – в голосе чувствовалась некая издевка, сбивавшая с толку. – И поверь мне, моя ревность тебя не обрадует, – последняя фразу уже прозвучала серьезно, четко давая понять, что девушка не шутит.

– Я ведь обещал, что не обижу тебя и не позволю это сделать кому бы то ни было, – я снова подался вперед, легонько касаясь ее губ.

– Знаю, – чуть шире улыбнулась Ка’риш. – А в твоем людском мире многоженство много где считалось в порядке вещей?

– У многих народов это было частью культуры, – кивнул я. – Конечно, хватало и тех, кто это порицал, но основной вклад в распространение моногамии внесло пришествие Христианства.

– Христианства? – не понимающе спросила ламия.

– Религия, – пояснил я. – Вера в единого бога, творца всего сущего. Христиане верят, что он создал людей и всех остальных живых существ. А так же небо, землю и все то бессчетное количество звезд, что зажигаются на ночном небе... И самое интересное, что они оказались правы. Даже боги, которым многие молились ранее, оказались его детьми.

– Как необычно, – с искренним интересом произнесла девушка. – Было бы интересно побывать в твоем мире, посмотреть на его уклад.