- Нет почты, - высказал мою мысль вслух Джеймс.
- Чёрт с нею, - отозвался Блэк. – Меня куда больше интересует, почему Браун не додумался просто пальнуть в Эванс Авадой и почему на её крики не высунулся ни один младшекурсник, в то время как…
Но договорить он не успел. Страшный грохот заставил всех вздрогнуть и обернуться к преподавательскому столу.
- Хагрид! – крикнула я, не помня себя. Голова великана теперь покоилась прямо на столе, расколотив стоявшую перед ним чашу. Мадам Помфри, сидевшая рядом, поспешила лесничему на помощь, но тут же сама опустилась в кресле, устало склонив голову, словно бы засыпая.
- Что происходит? – крикнула МакГоннагалл, вскакивая со своего места. Но тут же неведомая сила сморила и её. Один за другим преподаватели закрывали глаза, плюхаясь лицом прямо в недоеденные порции.
- Их что, отравили? – громко воскликнул Питтегрю.
- Не может быть, всю еду проверяет профессор Блишвик, - громко возразила Линда.
Сам преподаватель по защите от тёмных искусств, сидел абсолютно неподвижно в своём кресле, с любопытством наблюдая преображения коллег. Казалось, происходящее только забавляет его.
- Это он, Блишвик, - одними губами произнесла я. – Господи, помоги нам.
Профессор поднялся, обводя застывший в молчании зал внимательным холодным взглядом. Тонкие губы изогнулись в издевательской ухмылке. Его шаги к трибуне, за которой обычно произносил речи Дамблдор, в полной тишине гулко отдавались угрожающим эхом.
- Теперь вы видите, что ваши преподаватели – не более чем беззащитные клоуны в цветастых мантиях, - вкрадчиво произнёс он, махнув рукой на застывших прямо посреди утренней трапезы учителей. – Они не в силах защитить вас. А значит, они не вправе навязывать вам выбор. Власть меняется, - повысил голос он, сосредоточенно вглядываясь в напряжённые лица студентов. – Падение Министерства – всего лишь вопрос времени, а падение Хогвартса – реальность, которая свершится уже сегодня. И от вас зависит, будите ли вы в рядах творцов нового, лучшего, очищенного от грязнокровной заразы волшебного мира, либо станете забытыми историей жертвами, имевшими глупость встать на сторону проигравших. Я призываю вас очистить Хогвартс немедленно, истребив грязнокровок и предателей крови всех, до последнего. Министерство магии, Дамблдор, учителя - все они предали вас, позволив страху наполнить ваши сердца. Истребим грязнокровок – и в Хогвартсе воцарится мир и справедливость под знаменем нашего единого вождя лорда Воландеморта!
Его голос повышался, кидая зёрна ненависти в уже подготовленную, пропитанную страхом, подозрительностью и недоверием почву. Словно под действием ядовитого дурмана, глаза студентов загорались недобрым огнём, кулаки сжимались, готовые ринуться в бой, разум помутился, оставляя лишь жгучее желание убить, разорвать, уничтожить всё то, что отнимало покой и нарушало привычный мирный ход жизни. Слишком долго враг находился в тени и вот он вышел на свет. И этот враг – грязнокровки. Возможно, завтра, вновь став людьми, все, кто готов был в эти долгие мгновения блишвикской речи стать «творцом нового мира», по новому взглянут на принятые ими решения, но сегодня, сейчас, во власти коллективного безумия, это были звери, ждущие момента, чтобы вонзить зубы в чужое ненавистное тело.
Убить. Разорвать. Я резко тряхнула головой, сбрасывая с себя это наваждение. Блишвик был неплохим специалистом в области волшебного гипноза, но, по-видимому, уроки сопротивления Империусу дали свои плоды. Я торопливо оглянулась, внимательно оглядев настороженного готового к бою Сириуса. Они с Ремусом отличались полностью осмысленным взглядом, в отличие от Питтегрю, который, вероятно, был слишком слаб, чтобы сопротивляться одурманивавшему действию голоса Блишвика.
Кто-то тронул меня за плечо. Тёплая ладонь Джеймса нежно сжала запястье. На пару мгновений наши взгляды встретились. Беззвучно, одними губами он произнёс:
- Беги!
В этот момент что-то произошло. Оглушающее заклятие сбило профессора с ног, а на его месте возникла тяжело дышащая, словно от быстрого бега, Эммелина.
- Не слушайте его! – крикнула она. – Не…
Несколько слизеринцев выступили вперёд, и в свете ярких вспышек хрупкая девушка упала, как подкошенная.
- Вэнс! – заорал Сириус, срываясь с места, но его голос потонул в общем гуле. Тишина взорвалась, разрезаемая звериным рыком всеобщего безумия и стонами будущих жертв.
- Бей, насилуй грязнокровок! – громко проскандировал Мальсибер, хватая какую-то девчушку из Равенкло.
Хогвартс сошёл с ума. Чьи-то руки потянулись ко мне, чьи-то заклятия понеслись в мою сторону, и я сыпала заклятиями в ответ, стараясь не вглядываться в лица и не вспоминать о том, что все эти люди столько лет учились вместе со мной, приветственно улыбались мне при встрече. Красные, жёлтые, синие галстуки… Вчерашние друзья и союзники, просившие о помощи с эссе по зельям и угощавшие шоколадными лягушками, теперь были готовы разорвать нас, некогда признававшихся ими равными, на мелкие кусочки как недостойные жизни паразиты. Лишь немногие рискнули встать на нашу защиту, но их теснили ряды тех, кто был готов убивать. Зелёные вспышки мелькали и тут и там, и мне не хотелось думать, кому они предназначались.
Джеймс сражался рядом, и его точные сосредоточенные движения вселяли уверенность и в меня. Где-то под столом, спрятавшись от бойни, плакала девочка. Кто-то из старших вытянул её из ненадёжного убежища прямо за волосы.
- Остолбеней! – крикнула я, отвлёкшись, и тут же получила порцию Круциатуса. Невыносимая боль проникла в каждую клеточку, заставляя зайтись в пронзительном крике. Никогда ранее мне не приходилось испытывать ничего подобного.
Боль кончилась так же внезапно, как и началась. Обнаружив, что я лежу на полу, я заметила Джеймса, отгоняющего от меня готовую разорвать моё тело в клочья толпу. Ему помогал ещё кто-то. Приглядевшись внимательней, я не поверила своим глазам. Северус?
Кто-то рывком поднял меня на ноги. Изрядно помятый, в пятнах чьей-то крови, Карадок Дирборн сильно потряс меня за плечи, оглушающее крикнув:
- Беги отсюда, Лили! Вызови Патронусом Грюма и Дамблдора! Эммелине срочно нужна помощь! Нам всем нужна помощь! Уходи отсюда, Лили!
Я коротко кивнула, собирая последние силы. Земля уходила у меня из-под ног, а реальность смутно расплывалась прямо перед глазами. До выхода из Большого зала оставалось всего пару метров. Таких длинных несколько метров.
- Нет, пожалуйста! – голос Нэнси и её отчаянные всхлипы заглушил все остальные звуки. Два слизеринца и равенкловец избивали её прямо ногами, давая волю самым тёмным ранее скрытым человеческим инстинктам и не спеша наносить завершающий удар. Забыв обо всём, я кинулась к ней. Но меня опередил Джон Уайт. Лихо размахивая палочкой, он смёл нападавших, закинул полуживую девушку на плечо, унося из эпицентра событий.
«Бежать. Мне тоже надо бежать» - подумала я, бросаясь к выходу. Но вновь отвлеклась, услышав на этот раз крики Линды. Одежда на девушке была порвана, а Мальсибер уже раздвигал старосте ноги, явно намереваясь в своё удовольствие воспользоваться ситуацией всеобщей безнаказанности. Заклятие Люпина пришлось ему прямо в спину, и слизеринец завалился прямо на Линду. Ремус пробовал было освободить девушку, затрепыхавшуюся под тяжёлым телом, но на него откуда-то обрушился Эйвери.
- Пойдём отсюда, Лили, - Мэри схватила меня за руку.