Железнодорожный мир: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловіе.

И въ обществѣ, и въ печати постоянно раздавались и раздаются голоса о желѣзнодорожныхъ неурядицахъ и безобразіяхъ. Но все-таки надлежащаго, такъ-сказать, цѣльнаго освѣщенія этого явленія въ печати еще не появлялось, а внутренняя, интимная жизнь желѣзнодорожнаго міра и по-сейчасъ скрывается подъ какою-то таинственною заслоною. Между тѣмъ, этотъ міръ полонъ несообразностей, курьезовъ, плотоядныхъ инстинктовъ, возмутительныхъ сценъ, и даже кровавыхъ происшествій. Авторъ этой книги задался цѣлью раскрыть завѣсу, закрывающую этотъ своеобразный міръ, съ клокочущими въ немъ страстями. Но онъ долженъ признаться, что успѣлъ приподнять лишь одинъ край завѣсы, такъ-какъ раскрыть ее всю — задача слишкомъ сложная и непосильная для одного человѣка. Впрочемъ, кажется, въ этомъ не представляется особенной надобности: и этотъ приподнятый край бросаетъ достаточно яркій лучъ для освѣщенія болѣе рельефныхъ сторонъ желѣзнодорожной жизни; такъ-что читатель можетъ составить о ней достаточно ясное представленіе, и вѣроятно дополнитъ воображеніемъ то, чего не досказалъ авторъ.

Желѣзнодорожные недуги.

Критическіе наброски.

I. Желѣзнодорожный пролетаріатъ.

Для многихъ покажется невѣроятнымъ, если сказать, что въ Россіи существуетъ желѣзнодорожный пролетаріатъ. А это такъ; онъ существуетъ, и можно съ увѣренностью полагать, что въ болѣе или менѣе недалекомъ будущемъ онъ приметъ грандіозные размѣры. Это особенно бросается въ глаза при новостроющихся желѣзныхъ дорогахъ. Еще не очень давно, при открытіи какой-либо новой желѣзной дороги, правленіе дѣлало наборъ служащихъ въ Петербургѣ или въ Москвѣ, смотря по мѣсту своего нахожденія, объявляло о наймѣ служащихъ по другимъ, уже существующимъ желѣзнымъ дорогамъ, снабжало опредѣлившихся на службу для проѣзда на мѣсто постройки солидными командировочными, даже съ нѣкоторыми изъ нихъ заключало контракты. Теперь совсѣмъ не то. Теперь правленія новостроющихся желѣзныхъ дорогъ въ служащихъ не нуждаются. Теперь, лишь только начинается постройка какой-либо дороги, туда моментально, со всѣхъ концовъ Россіи, стекаются алчущіе получить мѣсто, всѣхъ родовъ службъ, и въ такомъ громадномъ количествѣ, что изъ нихъ легко можно было бы составить штатъ для нѣсколькихъ дорогъ. Всѣ они снабжены аттестатами, отличными, хорошими и плохими. Начальству новой дороги остается только дѣлать выборъ изъ сонма алчущихъ; да и выбирать-то ему много не приходится, потому что у каждаго начальника имѣются свои протеже, которые никогда по желѣзнымъ дорогамъ не служили, и которые все-таки получаютъ мѣста. Кромѣ того, къ этимъ начальникамъ присылаются кандидаты отъ вліятельныхъ лицъ; тѣ же, у кого нѣтъ протекціи, ждутъ, проживаются и пропадаютъ.

Разительный примѣръ дала намъ постройка екатерининской желѣзной дороги. Въ началѣ постройки, въ Екатеринославъ съѣхалось около тысячи человѣкъ, уже служившихъ по разнымъ желѣзнымъ дорогамъ. Этотъ патріархальный городъ, живописно расположенный на берегу Днѣпра, вдругъ увидалъ неожиданное зрѣлище. Его великолѣпные бульвары переполнились праздношатающеюся публикою, алчущіе взоры которой съ обманчивою надеждою обращались на громадный домъ, гдѣ помѣщалось временное управленіе екатерининской желѣзной дороги. Главный строитель, инженеръ Титовъ, сталъ получать множество анонимныхъ писемъ съ мольбами и угрозами. Къ его чести надо сказать, что онъ, съ своей стороны, дѣлалъ, что могъ: принималъ на службу, кого можно было принять, отказывалъ мѣстнымъ жителямъ; но все это была капля въ морѣ.

Пролетаріи раздѣлились на группы по родамъ службъ. Тутъ были и начальники станцій, и помощники машинистовъ, и машинисты, и телеграфисты, и дорожные мастера, и кондукторы, и пр., и пр. Всякая группа имѣла своего предводителя. Иногда они производили безпорядки, что, наконецъ, обратило на себя вниманіе мѣстнаго городского начальства. Всѣ они пріѣхали въ Екатеринославъ на послѣднія деньги, прожились тамъ окончательно, что называется до послѣдней нитки, и наконецъ, faute de mieux, большинство изъ нихъ поступило въ такъ-называемую «босую команду». Эти-то желѣзнодорожные пролетаріи и были главными зачинщиками и участниками анти-еврейскихъ безпорядковъ, произведенныхъ въ Екатеринославѣ въ 1883 году.

Несомнѣнно, что желѣзнодорожный пролетаріатъ образовался не вслѣдствіе нормальнаго и естественнаго хода событій, а путемъ насильственнымъ, искусственнымъ. Тутъ дѣйствовали интрига, продажность, личные интересы, личныя симпатіи и антипатіи.

Желѣзныя дороги, въ началѣ своего развитія, обладали какимъ-то заманчивымъ обаяніемъ. Объясняется это очень просто: всѣ роды службъ на желѣзныхъ дорогахъ, начиная отъ техниковъ, начальниковъ депо, ревизоровъ движенія, начальниковъ станцій, и обхватывая затѣмъ все по нисходящей линіи, не требуютъ большого образованія. Знаніе достигается болѣе или менѣе продолжительною практикою. Даже не очень давно, такія мѣста, которыя теперь могутъ занимать исключительно инженеры, занимали люди почти безъ всякаго образованія. Такимъ образомъ, служба на желѣзныхъ дорогахъ для всѣхъ доступна. Но главною приманкою были сравнительно большіе оклады жалованья, чѣмъ въ другихъ учрежденіяхъ, и быстрыя повышенія.

Составъ служащихъ на желѣзныхъ дорогахъ образовался изъ разнородныхъ элементовъ, не имѣющихъ между собою ничего общаго, тѣмъ болѣе, что въ этотъ составъ вошли иностранцы, преимущественно нѣмцы, которые и завоевали себѣ самыя лучшія мѣста. Вслѣдствіе того, интрига на желѣзныхъ дорогахъ развилась въ грандіозныхъ размѣрахъ. Всякій стремился себя выдвинуть, показать себя, достичь скорѣйшаго повышенія, и за неимѣніемъ другаго средства, ему оставалось только подкапываться подъ тѣхъ, которые ему мѣшали, которые такъ или иначе стояли на его пути.

Такимъ образомъ, служба на желѣзныхъ дорогахъ оказалась въ концѣ-концовъ весьма непрочною, а вслѣдствіе того, между желѣзнодорожною братіею развился въ небывалыхъ размѣрахъ духъ наживы. Для этого желѣзныя дороги представили въ высшей степени благодарную почву. Однимъ изъ самыхъ легкихъ и болѣе или менѣе безопасныхъ способовъ наживы оказалась продажа мѣстъ. Желѣзнодорожные заправилы средней руки, но власть имущіе, ухватились за этотъ способъ хищничества, и продажа должностей пріобрѣла какъ бы нрава гражданства. Дѣло дошло до того, что на каждую должность назначена была такса, которая могла возвышаться, смотря по спросу, но никогда не уменьшалась; самая высокая такса выпала на долю оберъ-кондукторовъ. Но для того, чтобы продавать мѣста, надо было ихъ очищать, и потому посыпались увольненія по всякому поводу и даже безъ повода. Въ этомъ отношеніи весьма любопытно слѣдующее явленіе: куда бы вы ни ткнулись, на какую бы то ни было желѣзную дорогу, вездѣ вамъ скажутъ одно и то же: «мы сокращаемъ штаты». Это «сокращеніе штатовъ» сдѣлалось типичною и неотъемлемою принадлежностью каждой дороги. Спрашивается: отчего же? Очень просто: сокращаютъ, чтобы очищать мѣста, затѣмъ исподволь ихъ пополняютъ, причемъ мздоимство постоянно имѣется въ виду. Затѣмъ опять сокращаютъ, и опять пополняютъ, и такъ до безконечности. Происходитъ круговоротъ, какъ въ бездонномъ омутѣ. Къ тому же, личные интересы, личныя симпатіи и антипатіи тоже внесли свою роль въ это повальное увольненіе. Понемногу, желѣзнодорожные ряды стали пополняться все новыми пришельцами, а старые, уволенные и оставшіеся не у дѣлъ, образовали тотъ пролетаріатъ, который разростается все болѣе и болѣе.

Скажутъ, что тутъ нѣтъ еще почвы для образованія спеціальнаго желѣзнодорожнаго пролетаріата, что тѣ, которые, почему бы то ни было, остались за штатомъ по желѣзнымъ дорогамъ, могутъ найти себѣ занятія въ другихъ учрежденіяхъ. То-то и есть, что не могутъ: служба на желѣзныхъ дорогахъ настолько спеціальна, что познанія, пріобрѣтенныя на ней, не могутъ уже быть примѣнимы ни для какихъ другихъ учрежденій.

На комъ же, однако, прежде всего отразился этотъ неестественный порядокъ вещей? На самихъ желѣзныхъ дорогахъ. Плодами его оказались злоупотребленія во всевозможныхъ видахъ, неимовѣрная халатность къ служебнымъ обязанностямъ, желѣзнодорожныя катастрофы, пріобрѣтшія всемірную извѣстность.

Желѣзныя дороги главнаго общества, какъ старѣйшія, первыя постигли вредъ, который ложится на нихъ же самихъ отъ такого порядка вещей, и уже приняли соотвѣтствующія мѣры. Теперь на этихъ дорогахъ право увольненія и принятія на службу сосредоточено въ рукахъ одного директора. Это, впрочемъ, относится только къ штатнымъ служащимъ, и вообще принятая мѣра оставляетъ желать еще очень многаго.

Поймутъ-ли и другія дороги весь вредъ, причиняемый нынѣшнимъ порядкомъ вещей?

II. Желѣзнодорожныя тайны

Желѣзнымъ дорогамъ въ Россіи принадлежитъ громадное общественное значеніе, какого онѣ не имѣютъ и не могутъ имѣть за границею. Тамъ желѣзныя дороги поставлены на самыхъ радикальныхъ и раціональныхъ началахъ. Тамъ нѣтъ бюрократизма, формализма; надъ всѣмъ прежде всего царитъ дѣло. Тамъ желѣзнодорожный дѣятель, самый большой, какъ и самый малый, проникнутъ сознаніемъ своего долга. Въ Россіи на желѣзную дорогу смотрятъ какъ на дойную корову; всякіе наши общественные недуги и язвы поразительнымъ образомъ отражаются въ жизни желѣзныхъ дорогъ, находя въ ней широкое и разнузданное примѣненіе.

Самый мучительный недугъ желѣзныхъ дорогъ, самая отвратительная ихъ язва — хищенія и злоупотребленія по службѣ. Нигдѣ, ни въ какихъ учрежденіяхъ, они такъ не укоренились, какъ на желѣзныхъ дорогахъ; ими заражены всѣ, какъ крупные дѣльцы, такъ и агенты самаго низкаго разряда. Въ настоящее время, оклады низшихъ желѣзнодорожныхъ агентовъ урѣзаны до минимума, а между тѣмъ, большинство изъ нихъ живетъ припѣваючи и не жалуется на свою судьбу. Такъ, напримѣръ, начальники станціи, несмотря на постъ весьма важный и въ высшей степени отвѣтственный, получаютъ отъ 45 до 50 рублей жалованья, и все-таки обстановка ихъ весьма приличная; начальники дистанцій, при жалованье въ 200 рублей, живутъ по барски; пріемщики товаровъ и вѣсовщики, получая 20 руб. жалованья, скапливаютъ, при болѣе или менѣе продолжительной службѣ, изрядные капитальцы. На одной желѣзной дорогѣ пріемщику предложили высшее мѣсто агента по службѣ движенія, съ жалованьемъ въ 35 рублей; но онъ отказался отъ этой чести, причемъ весьма искренно и нѣсколько наивно воскликнулъ: «я готовъ служить по коммерческой части за 20 рублей, но по движенію, хотя и за тридцать пять — это обидно!»

Самую обильную пищу для злоупотребленій даютъ службы ремонта пути и эксплоатаціи. Злоупотребленія по ремонту пріобрѣли громкою извѣстность. Для многихъ желѣзнодорожниковъ снѣжная зима — обильная жатва, снѣгъ — манна небесная. Разсказываютъ такой анекдотъ. Нѣсколько лѣтъ назадъ, на одной желѣзной дорогѣ, во время сильныхъ заносовъ, рабочая плата за очистку снѣга по представляемымъ спискамъ достигала пяти рублей въ ночь и четырехъ рублей въ день. Управленіе дороги обратило вниманіе на такую дороговизну, и выслало контролера для провѣрки на мѣстѣ числа рабочихъ. Контролеръ объявилъ, что выѣдетъ съ товаро-пассажирскимъ поѣздомъ, и повелѣлъ, чтобы всѣ рабочіе при проходѣ поѣзда выстроились въ шеренгу и подняли лопаты къ верху. Машинисту было приказано проѣзжать мѣста, гдѣ стояли рабочіе, тихимъ ходомъ, и контролеръ на ходу поѣзда считалъ лопаты.

Чтобы обмануть контролера, дорожные мастера нагнали изъ ближайшихъ деревень мальчиковъ, и каждому дали по лопатѣ; затѣмъ, чтобы сравнять ихъ по росту съ рабочими, устроили для нихъ бугорки изъ снѣга; рабочіе, ради смѣха, сдѣлали даже изъ снѣга одного болвана, и ткнули ему въ руку лопату. Контролеръ проѣхалъ и сосчиталъ лопаты; по сличеніи же съ вѣдомостями, лопатъ оказалось болѣе, чѣмъ представленныхъ рабочихъ. Видя несостоятельность подобной мѣры, управленіе дороги, вмѣсто того, чтобы высылать деньги по счетамъ начальникамъ дистанціи, выслало артельщика для расплаты съ рабочими на мѣстѣ за очистку снѣга. Тогда дорожные мастера заручились мужиками, вовсе не работавшими по очисткѣ пути, и объяснили имъ, что деньги, которыя они получаютъ, они должны отдать имъ, дорожнымъ мастерамъ, а за то, что поставятъ на вѣдомостяхъ кресты, каждый изъ нихъ получитъ по два рубля. Мужики деньги получили, а получивъ, разсудили: «на какого чорта мы будемъ отдавать; коли намъ дали, значитъ мы заработали». Такъ и не отдали полученныхъ денегъ.

Замѣчательно, что при случайномъ разоблаченіи какого-нибудь злоупотребленія, въ которомъ оказываются замѣшанными лица, высоко стоящія въ желѣзнодорожной іерархіи, само начальство, находящееся во главѣ дороги, старается замять такое дѣло. Подобный фактъ имѣлъ мѣсто очень недавно на одной желѣзной дорогѣ. На какой-то изъ ея станцій, въ контору начальника явился желѣзнодорожный подрядчикъ, и заявилъ, что прибывшія по наряду[1] платформы съ лѣсомъ на его имя — не его платформы, а другого, совершенно частнаго лица, и что наряды на его имя были выданы этому частному лицу письмоводителемъ службы ремонта пути, за извѣстное вознагражденіе. Возникло дѣло, которое было передано для разслѣдованія одному изъ ревизоровъ движенія, бывшему судебному слѣдователю. Ревизоръ, не смотря на большую запутанность этого дѣла, а можетъ быть и вслѣдствіе этой запутанности, повелъ его очень искусно, даже слишкомъ искусно, такъ-что результаты, имъ полученные, испугали его самого. За этимъ злоупотребленіемъ раскрылся рядъ другихъ. Выяснилось, что вагоны съ грузами провозились между промежуточными станціями дороги не только по нарядамъ, выдаваемымъ частнымъ лицамъ, но даже безъ всякихъ документовъ. Тутъ оказались замѣшанными лица, стоявшія въ служебной іерархіи выше ревизора, производившаго разслѣдованіе. И вотъ, наконецъ, послѣ продолжительныхъ перипетій по этому дѣлу, нашелся козелъ отпущенія: письмоводитель, которому и предложили уволиться по прошенію. А онъ пользовался только крохами…

Злоупотребленія, совершаемыя по службѣ эксплоатаціи, еще болѣе злостныя: они касаются сборовъ, и потому прямо посягаютъ на доходность желѣзныхъ дорогъ. Грузы провозятся по значительно уменьшенному вѣсу; такіе товары, упаковка которыхъ тому благопріятствуетъ, провозятся подъ другимъ наименованіемъ, по низшему разряду тарифа; на грузы въ навалку, какъ-то: дрова, уголь, песокъ, камень, кирпичъ и пр., дѣлаются перегрузы по сто, двѣсти и триста пудовъ на вагонъ.

Кромѣ этихъ «злостныхъ» злоупотребленій, бываютъ еще такъ-называемыя «невинныя», которыя не прямо направлены на доходность дороги, а скорѣе на карманы частныхъ лицъ. Ухищренія тутъ бываютъ самаго разнообразнаго свойства; чаще всего — превратное толкованіе общаго устава россійскихъ желѣзныхъ дорогъ. Напримѣръ, отправителю грузовъ въ навалку, т.-е. такихъ, которые онъ обязанъ грузить своими средствами, дается двѣнадцать часовъ для нагрузки. Если онъ не успѣлъ нагрузить въ теченіе этого времени, то обязанъ заплатить за каждыя лишнія сутки по три рубля съ вагона. На самомъ же дѣлѣ, станціонными заправилами допускается безпрерывная нагрузка вагоновъ только отъ 9-ти часовъ утра до 4-хъ часовъ дня, т.-е. въ продолженіи того времени, которое положено для пріема и выдачи товаровъ. Отправитель въ большинствѣ случаевъ не успѣваетъ нагрузить свои вагоны за это время, особенно, если ихъ много; тогда ему позволяютъ за извѣстное вознагражденіе догружать на слѣдующій день; въ противномъ случаѣ, заставляютъ платить по три рубля за каждый вагонъ.

Для доставленія себѣ невинныхъ доходовъ, пользуются также разнокалиберною вмѣстимостью вагоновъ. Вагоны московско-рязанской, грязе-царицынской и нѣкоторыхъ другихъ дорогъ гораздо меньшаго размѣра нѣкоторыхъ серій вагоновъ главнаго общества или козлово-воронежско-ростовской дороги. Для отправителей сѣна, соломы и тому подобныхъ легкихъ грузовъ, которые таксируются повагонно, весьма важно нагрузить въ вагонъ какъ можно болѣе. Однако, несмотря на инструкціи управленій дорогъ: не стѣснять отправителей въ ихъ интересахъ, если только таковые не идутъ въ разрѣзъ съ интересами дороги, — станціонные заправилы стѣсняютъ ихъ какъ только могутъ. Если отправитель «поблагодаритъ», то ему даютъ большой вагонъ; если нѣтъ, то малый. При этомъ у нихъ всегда есть отговорка: на станціи, молъ, свободныхъ большихъ вагоновъ не имѣется. На южныхъ дорогахъ подъ осень бываетъ усиленная отправка хлѣба, такъ-что оказывается недостатокъ подвижного состава, и потому на грузы существуетъ очередь. Отправители платятъ большія деньги за отправку партіи груза не въ очередь. Управленія дорогъ теперь строго преслѣдуютъ подобныя продѣлки, но станціонные заправители, съ своей стороны, стали ухищряться обходить всякія строгія мѣры, и эти ухищренія подчасъ доходятъ до художественной отдѣлки.

По службѣ эксплоатаціи есть одинъ способъ злоупотребленія, чрезвычайно злостный, тѣмъ болѣе, что онъ почти неуловимъ. Для контролированія правильности всякихъ взысканій съ товаро-отправителей и пассажировъ, существуетъ отдѣльная служба контроля сборовъ. Каждый контролеръ этой службы имѣетъ подъ своимъ вѣдѣніемъ нѣсколько станцій, которыя онъ обязанъ провѣрить, и всякій недоборъ ставитъ имъ на дебетъ. Надъ этимъ контролемъ другого контроля нѣтъ, и поэтому всякая его санкція безаппелляціонна. И вотъ, эти-то контролеры иногда входятъ въ стачку съ подлежащими агентами, которые тогда дѣлаютъ умышленные недоборы, т.-е. съ товаро-отправителей или получателей взыскиваютъ совершенно правильно, а на кредитъ показываютъ гораздо меньше; остальная же. не представленная сумма дѣлится. между агентомъ и контролеромъ.

Нѣсколько времени назадъ былъ въ сильномъ ходу слѣдующій родъ злоупотребленія по продажѣ пассажирскихъ билетовъ. Какъ извѣстно, на каждый выданный билетъ долженъ быть наложенъ штемпель компостера, который выбиваетъ на немъ номеръ поѣзда и число. Продавая билеты, кассиры надавливали компостеръ очень слабо. Затѣмъ, эти билеты возвращались въ кассу обратно оберъ-кондукторами, и кассиры продавали ихъ вторично, причемъ надавливали компостеръ крѣпко, такъ-что прежній штемпель совершенно сглаживался. Когда это обнаружилось, были введены игольчатые компостеры, которые прорѣзывали билеты насквозь; тогда кассиры стали ухищряться на другіе способы. Года три назадъ, на одной станціи была обнаружена продажа фальшивыхъ билетовъ, которые фабриковались однимъ евреемъ. По минованіи надобности, эти билеты уничтожались оберъ-кондукторомъ, а вырученныя деньги дѣлились между заинтересованными лицами. При дознаніи по этому дѣлу выяснилось, что кассиръ успѣлъ уже выпустить этихъ билетовъ болѣе чѣмъ на 30 000 рублей. Продажа фальшивыхъ билетовъ часто повторялась и на другихъ желѣзныхъ дорогахъ.

Службы «тяги» и «топлива» тоже не чужды злоупотребленій. Пріемка дровъ, угля и разнаго рода матеріаловъ даетъ для этого достаточную пищу. Нѣсколько времени послѣ открытія одной желѣзной дороги, въ главныхъ мастерскихъ была обнаружена масса слесарныхъ книжекъ, по которымъ получалось жалованье для слесарей, на лицо не оказавшихся. Во главѣ этого «предпріятія» находился самъ начальникъ подвижнаго состава и тяги, который затѣмъ былъ уволенъ. На другой большой желѣзной дорогѣ была обнаружена торговля безплатными служебными билетами, въ чемъ былъ замѣшанъ начальникъ участка, который тоже былъ уволенъ, и съ горя отправился ad patres.

Мы изложили, такъ-сказать, квинтъ-эссенцію желѣзнодорожныхъ злоупотребленій; описать ихъ всѣ и подробно нѣтъ возможности. При этомъ мы обращали вниманіе на болѣе или менѣе утонченныя хищенія, которыя или не обнаруживаются вовсе, или обнаруживаются лишь случайно. Но кромѣ того, на желѣзныхъ дорогахъ очень часто проявляются грубыя растраты. Достаточно сказать, что на одной только николаевской дорогѣ, въ теченіе истекшаго года, было въ окружныхъ судахъ десятокъ уголовныхъ процессовъ, имѣвшихъ своимъ предметомъ болѣе или менѣе крупныя растраты и мошенничества.

Спрашивается: отъ чего зародилась эта желѣзнодорожная болячка? Въ предшествующей статьѣ читатель могъ найти не мало указаній на причины этого печальнаго явленія; въ дальнѣйшемъ же изложеніи мы постараемся развить этотъ вопросъ возможно обстоятельнѣе.

III. Нѣчто о «слѣпыхъ» или «зайцахъ».

[1] Грузы служебные и для служебныхъ надобностей провозятся по желѣзнымъ дорогамъ безплатно, по особымъ документамъ и нарядамъ, которые выдаются подлежащими службами.