Я открываю рот, чтобы ответить, и тут же понимаю, что не ела. Три чашки кофе и кекс десять часов назад, наверно, не считается.
— Н-нет.
Я ненавижу то, как запинаюсь перед ним, но, честно признаюсь, что никогда не испытывала такой неловкости в присутствии мужчины. Я была слишком возбуждена, чтобы проглотить свой ланч, и подумала, что поужинаю, когда вернусь домой.
Он поднимает руку, подавая знак официантке. Спустя мгновение она уже стоит возле нас с меню в руках. Дом отмахивается от него, но вручает его мне и отсылает официантку.
Я сижу, держу меню, и чувствую себя идиоткой.
— Я не буду заказывать, если ты не будешь.
— Я не страдаю от недостатка еды.
— Ты же сейчас несерьезно. Я в порядке.
Я откладываю меню и опускаю руки на колени, теперь он их не сможет видеть.
Он подается вперед, его глаза смотрят прямо в мои.
— Урок первый. Ты должна ставить себя на первое место, Бриэль. Ты должна лучше о себе заботиться, если ожидаешь того же от кого-то.
То, как мое имя звучит на его губах, удивляет меня. Он сказал никаких имен, но сам невозмутимо назвал мое.
— Ты можешь называть меня просто Бри, — напоминаю я ему. — Все так делают.
— Я не все. И это прекрасное имя.
Моя кожа краснеет от его комплимента.
— Труднопроизносимое. Мне кажется, это был компромисс моих родителей между Брианой и Габриэль. Но, честно говоря, не волнуйся, все нормально, — отвечаю я, отбрасывая беспокойство.
— Мне нужно, чтобы ты кое-что поняла. Когда ты находишься со мной, я несу ответственность за тебя. Мне нужно, чтобы ты доверилась мне, чтобы я мог заботиться о тебе. И прямо сейчас я хочу, чтобы ты поела.
Я киваю. Он резкий и контролирующий, но не могу утверждать, что его намерения неискренние. Я снова беру меню и пробегаю по нему глазами, но еда — это последнее, о чем я сейчас думаю. Я выбираю салат и закрываю меню, в этот момент к столику подходит официантка.
— Мне, пожалуйста, салат, — говорю я уверенно. Хочу доказать ему, что не полнейшая идиотка. Я сама могу накормить себя, черт побери.
Он хмурится, пока наблюдает за мной.
— Ты вегетарианка?
— Нет.
Он поворачивается к официантке.
— Вы можете добавить цыпленка или стейк к этому салату?
— Да, что угодно, — говорит она, переводя взгляд с меня на него, словно пытаясь выяснить, что будет дальше.
Он снова поворачивается ко мне.
— Ты должна употреблять белки, Бриэль. Это заставит тебя чувствовать себя лучше.
Теперь, когда ему известно мое имя, кажется, он использует любую возможность, чтобы его произнести. Ублюдок.
— Цыпленка, пожалуйста, — говорю я официантке, полностью оскорбленная.
— Хочешь что-то выпить? — его голос низкий, как будто он пытается избавить меня от смущения. В его глазах подлинное беспокойство.