Телефон завибрировал и оповестил о новом входящем, и я отвлеклась от воспоминаний.
"Предложение насчет переезда в силе. Малышу бы понравилось здесь. Лови фото"
Пробежав глазами по тексту, я и сама не заметила, как робкая улыбка тронула мое лицо. Увеличила кадр и вгляделась в потрясающую архитектуру какого-то здания. У него там действительно красиво. Старые европейские улочки, залитые майским солнцем... Когда Максим предлагал мне стать отцом для малыша, я ни минуты не сомневалась в его искренности. Он смог бы полюбить его, как своего собственного, и был бы прекрасным примером уравновешенного не по годам мудрого отца.
Звонок в дверь заставил встрепенуться от резкого дребезжащего звука. Наверняка снова курьер, ведь Олег говорил о каких-то невероятных витаминах для беременных, которые настоятельно рекомендовал пропить мой гинеколог. Даже не глядя в глазок, я распахнула дверь и замерла. Весь проем занимала внушительная фигура Медведя.
-Привет, - только и смогла выдавить, ежась под пристальным голодным взглядом, от которого уже успела немного отвыкнуть.
-Привет, котенок, - хрипло ответил он и сразу откашлялся в кулак.
-Проходи, - развернулась на пятках и, пытаясь побороть дрожь, прошла на кухню, - чай, кофе?
-Чай, зеленый, - тяжелое дыхание Медведя раздавалось прямо за спиной, заставляя волоски вставать дыбом.
Под оглушительную тишину я сервировала стол и наливала чай в чашку, стараясь не сталкиваться взглядом с человеком, от которого жду ребенка. Сколько мы не виделись? Кажется, четыре недели. Звонки, сообщения не в счет, ведь лицом к лицу - это совершенно другое.
Зачем он приехал? Что ему говорить? Как себя вести?
От волнения я начала до крови кусать губу и уже по привычке накрыла ладонью округлившийся живот.
-Толкается? - голос Шамаева, кажется, стал еще ниже.
-Немного.
-Можно мне?
Я даже не успела ответить, как Медведь буквально за секунду оказался рядом и накрыл своей большой горячей ладонью мой живот. Ребенок, словно почувствовав отца, отозвался довольно сильным толчком.
-Ого, - прошептал Олег и замер. В его темных глазах плескалось восхищение, любовь и такое большое обожание, что я и сама невольно чувствовала эйфорию.
Наверно нужно было попросить его отойти, дать мне ещё время... Но рука на моей округлившейся талии и наша близость показалась такой правильной и умиротворяющей...
Эпилог
Эпилог
Почему в тот день, когда никуда не нужно, с самого утра не спится?
На часах семь утра, а сна не было ни в одном глазу. То одеяло мешало, то слишком теплый воздух, то подушка казалась недостаточно взбитой. Я битый час крутилась в постели и никак не могла найти удобное положение. Как будто что-то мешало, но что - непонятно.
-Котенок, что ты возишься? - проворчал сбоку мужской голос, и меня обхватила сильная мужская рука, а затем ловко перекатила на свою сторону большой кровати.
-Олег, мне жарко, - уперлась ладошками в широкую грудь и попыталась освободиться из медвежьих объятий, но все было тщетно: Шамаев добрался до моих губ, а потом спустился ниже... Я тут же растаяла и даже сдалась, подставляя под требовательные губы язык, шею и чувствительную грудь, но когда Медведь широко развел мне ноги и довольно резко вошел до самого упора, я охнула от неожиданности и болезненной наполненности.
-Тише. Потерпи, - прошептал он мне в губы и начал тягучие размашистые движения, крепко удерживая меня за бедра. Каждый толчок срывал с моих губ сдавленные стоны, а там, внизу все скрутило в болезненной истоме от интенсивности и глубины проникновения, но мне нравилось, несмотря ни на что.
-Моя... Ты моя, - рычал Шамаев и с бешеной силой вдалбливал меня в матрац, попеременно мучая грудь и губы, припухшие от активных ласк. Это было довольно жестко, но боль причудливо переплеталась с извращенным удовольствием, заставляя тело извиваться и просить еще.
Когда перед глазами всё поплыло, а мышцы внизу живота начали бешено сокращаться от яркого, как вспышки, удовольствия, Шамаев заглушил мои стоны глубоким требовательным поцелуем и кончил, изливаясь горячим потоком глубоко внутрь.
-Моя, - рычал он, не желая отстраняться, и все сильнее сжимал мое разомлевшее тело в своих объятьях, как в тисках.
-Олег, отпусти...
Медведь нехотя отстранился, но из рук меня не выпустил, запустив под спину ладонь и начав поглаживать позвонки, сразу покрывшиеся мурашками.
-Я люблю тебя, - прошептал он голосом, больше похожим на рык, и слегка прикусил мою скулу.