Каким устрашающим сначала казался его вид... И как все изменилось за эти три недели. Теперь мне нравилась каждая черточка сурового лица Шамаева. И шрамы, и щетина, и перебитый нос, который резко захотелось поцеловать...
Образ Медведя постепенно начал таять, а перед глазами почему-то возникло лицо Максима.
Предательница! Я не просто жертва обстоятельств, я влюбилась в другого, а значит, и увольнение и месть от бывшего заслужила.
Сама не знаю зачем, снова открыла сообщение и стала его перечитывать. И тут кое-что показалось странным...
Предпоследнего сообщения от Максима не было. Того самого, в котором он угрожал мне.
Неужели мне это привиделось? Ведь мой телефон вообще никто не брал в руки.
Выйдя в меню мессенджера, открыла список предыдущих диалогов и замерла.
Вот же оно.
"Это только начало. В этом городе и крае ты даже в магазин или к врачу не сможешь нормально сходить. Даю тебе сутки, чтобы передумать, потому что ещё люблю."
Текст тот же... Прислано сегодня. Действительно с номера Максима, только не с того, который он использовал зарубежом, а с местного.
Совершенно ничего не понимая, я подскочила и начала мерить комнату большими шагами. От волнения сердце забарабанило в груди и хотелось смеяться, плакать и кричать одновременно.
Кто писал с местного номера, если не сам Максим?
Вариантов только два. Или жених вернулся и уже находится в стране... или это писал кто-то еще. Организовал увольнение, угрожал и пугал меня другой человек.
Тот, кто имеет постоянный доступ к вещам Максима.
Его мать.
Глава 40
Глава 40
-Я ждала твоего звонка, Катенька, - Виолетта Геннадьевна взяла трубку уже после первого гудка и, судя по по голосу, льющемуся, как патока, была в крайне хорошем расположении духа.
-Это ведь вы? - совершенно не хотелось держать маску любезности и ходить вокруг да около, поэтому я сразу решила перейти к делу.
-Я, милая. И это только начало, - голос женщины звучал так же ласково и спокойно, как и при наших посиделках за чаем, но больше он не казался мне добрым. Теперь слух резали слишком приторные и насквозь фальшивые нотки.
-Зачем? Я понимаю, что вы вините в расставании с Максимом меня, но при чем здесь моя семья? - ссориться совсем не хотелось, поэтому я решила бросить все силы на мирное урегулирование конфликта. Виолетта Геннадьевна ведь была такой доброй и милой все четыре года наших отношений с её сыном. Ни единого слова против. Всегда любезная и понимающая... Одним словом, идеальная свекровь.
-Затем, Катенька, что пока ты не вернешься к Максиму и не вырежешь из живота чужого выродка, твоя семья и ты будете страдать, - от её ласкового голоса, сыпящего страшными угрозами, кровь стыла в жилах. Кто эта расчетливая жестокая женщина? Разве её я считала идеальной матерью целых четыре года? Откуда она знает о ребенке?
-Вы всё знаете? И в нашу последнюю встречу тоже были в курсе? - справиться с дрожью в голосе не получилось, поэтому бывшая будущая свекровь, заметив мой испуг и замешательство, зло рассмеялась.
-Боишься? Правильно делаешь, милая. Знала. Как и то, что этот зародыш тебе занесли случайно. В медцентре, допустившем эту ошибку, об этом долго говорили, ведь случай вопиющий. Прямо для токшоу, - её леденящий душу хохот совсем дезориентировал меня. Ноги подкосились, а тело, словно налитое свинцом, опустилось на пол у одного из кресел.
-Максим вылетел домой. Слишком влюблен, чтобы слушать доводы рассудка. Но знаешь, милая, я ведь не против тебя, как невестки. Я привыкла поддерживать своего сына и все делаю для его счастья. Завтра жду тебя обратно. Сделаешь аборт, и вы помиритесь. Он ничего не должен знать. Иначе пострадает твой отец, которому мы помогли с квотой на будущую операцию. Не забыла, ведь, Катенька? - от напоминания о том, что папе откажут в жизненно необходимой помощи, которой мы добивались три года, сердце болезненно сжалось.
Неужели те люди, которых я считала идеальной семьей, на такое способны? Что им сделал невинный, ещё не рожденный ребенок? А мой отец... Чем он заслужил такое?
-Я поговорю с Максимом и всё ему объясню. Но аборт делать не стану.
-Станешь, милая. И только посмей рассказать сыну об этом выродке в твоем животе. Ты ведь не забыла, кто мой муж? Помнишь, какие у нас связи? Твой отец не только останется без необходимой операции, но и сядет в тюрьму в самое ближайшее время, если не одумаешься. Стоит ли рассказывать, что будет за решеткой с пожилым мужчиной, у которого больное сердце? Тот, от кого ты забеременела богат, я знаю, и наверняка поможет... Но пока будет идти разбирательство, сердце твоего папы будет работать наизнос. Выдержит ли оно?
На этом моменте мои нервы окончательно сдали. Нажав отбой, я разрыдалась в полную силу, совершенно не представляя, как выбраться из ловушки, в которую угодила. Как я за все четыре года общения не смогла разглядеть натуру этой женщины? Она приняла меня как родную с самой первой встречи, никогда не упрекнула в том, что я из простой семьи. Подружки, родственницы и просто знакомые - мне завидовали абсолютно все. Золушка, в которую влюбился принц, а король с королевой поддержали его. Я тогда ходила и не верила своему счастью. Думала, разве может быть все настолько идеально? Выходит, что нет.
Знал ли Максим о том, какой может быть его мать? Наверняка, нет. Видимо, он действительно не в курсе того, что его мама организовала те увольнения...