— Четыре тысячи метров, босс, — сообщил Гама, — Подлетная скорость около трёхсот километров в час.
— Пусть подходят.
Боты подошли на две тысячи метров, а затем и на тысячу. Никакого сопротивления с нашей стороны они не встретили. Приблизились до пятисот метров, и снова не дождались от нас ни единого выстрела. Тогда они зависли над базой и выпустили десант.
Десант быстро осмотрел все помещения и нашего присутствия внутри базы не обнаружил. Репы пришли к заключению, что мы разграбили базу и тупо свалили в горизонт по заветам монголо-татарских кочевников.
Боевые боты сели на землю и заглушили двигатели, чего я от них и хотел. В следующий миг я перевел охранный периметр с гостевого режима на режим «все вокруг враги». Обмазанные грязью и присыпанные песочком пушки перестали прикидываться бесполезным металлоломом и за секунду навели стволы на заглушенные боты.
Еще до того как репы сообразили, что базовые пушки им больше не подчиняются, а как бы совсем наоборот, на их технику обрушился свинцовый шквал.
Мы прятались в расщелине за камнями в трех километрах от базы и видели происходящее глазами пернатого дрона-разведчика, который устроился на скале и успешно прикидывался частью пейзажа.
«Гама, сюда, — отдаю мысленный приказ, — хватит пялиться».
Кладу под язык остаток розового макра и активирую слияние. Пантера привычно занимает пилотское кресло. Челнок поднимается в воздух и устремляется к базе, чтобы принять участие в сражении.
Впрочем, воздушного боя не случилось. Из четырех ботов, в упор обстрелянных пушками оборонного периметра, оторваться от поверхности смог только один. Я удачно выстрелил в него из нашего корабельного орудия, и тот шлепнулся обратно. Последний полет у него прошел низЭнько и недалЭчко.
Ну а дальше повторился сценарий моего боя против каханата. Я держал челнок на высоте, недосягаемой для стрелкового оружия противника, и лупил сверху из пушки. Десант, отправленный на зачистку базы, на мое счастье стингеров не захватил.
— Кротовский… Кротовский, ч-черт, — Пантера прокричала мне в ухо.
— А? Что?
— Хватит разносить базу, нам ее еще восстанавливать.
— Там еще часть репов по углам зашкерилась. Я с радара навожусь.
— Очень рада за тебя и за твой радар… снижайся. Так дочистим.
Я пожал плечами и перестал стрелять. Как только челнок опустился на базу, сразу деактивировал слияние. Два зверя восьмого уровня Пантера и Ныр кинулись в здание добивать уцелевших репов. Я не побежал за ними. Смысла не вижу. Только отправил Гамлета, чтоб подсказывал, где засели недобитки.
— Кротовский, — после боя ко мне подошла Пантера, вернувшая человеческий облик, — Боты ремонтировать не имеет смысла, а вооружение с них можно снять. Усилим охранный периметр.
— Полагаешь, репы еще не наелись?
— Ну нет. За такой актив будут рубиться без дураков. Если наличных сил не хватит, пришлют из другой галактики.
— Ты меня прям обнадежила.
— Опять гундишь, Кротовский. Нам за это время надо забрать у них побольше розовых макров и раскачаться до девятого… а может даже и до десятого. Как тебе перспектива?
— Звучит заманчиво. Достигнем пределов, доступных человеку.
— Сарказмируешь?
— Нисколько.
Пантера пошла в храм докупать ремонтные модули, а я с Гамой и Ныром отправился разбираться с рабочими бригадами, работающими за пределами базы. Не пешком, разумеется. Активировал слияние.
Вообще чувствуется дисбаланс от того, что два атрибута перешли на восьмой уровень, а остальные остались на седьмом. Челнок стал мощнее и тяжелее, а вот управляемости и маневренности не хватает. Пообещал Гамлету, что следующим на очереди получения восьмого уровня будет именно он.
— Эй, рептилоиды, — я завис на работниками, ковыряющими нутро планеты, и высунулся из кабины, — Ваша база захвачена. Предлагаю подписать трудовой контракт с новым работодателем. Соцпакет, страховка, молоко за вредность и профсоюзное масло без ограничений.
Репы на мои посулы не повелись. Черт их знает, может, в курсе, что в советских столовках профсоюзным маслом называли горчицу. Вредные хладнокровные твари попытались атаковать меня рабочим инструментом. Мне пришлось их уничтожить.
Со второй бригадой вышла похожая картина. Правда те даже целиком не дослушали мои предложения. Походу, дело не в горчице. На базу вернулся с озабоченным видом.