— Да. Он наиболее практичен и симметричен, что положительно скажется на общей конструкции. Однако, пришлось изменять панели охлаждения: мы планировали использовать идентичные для всех образцов, однако в том случае данного результата достичь не удалось — требовалась другая форма.
— А какая между ними разница? — поинтересовался Райт, глядя, как панели ближайшего аппарата складываются в сторону корпуса, принимая практически горизонтальное положение. Благодаря этому его высота сократилась едва ли не вдвое. Впрочем, было бы странно ожидать меньшего от создателей «Скарабея» и «Стервятника».
— В основном — расположение крыльевых лазерных пушек, а также конструкция поворотного механизма, обеспечивающего их складывание. Сама рама панелей чуть другая.
— А что вы там говорили про две модели третьего корпуса? — вылез Хадсон.
— Первая выполнена на основе второго корпуса, так что её длина идентична — семь и два метра, но вот ширина — возросла. Другая — намного длиннее — почти четырнадцать, но равна по ширине второй модели.
Сиенар согласно кивнул.
— Как скоро мы сможем завершить работы?
— Это будет зависеть от того, как вы продвинетесь в работе над гипердвигателями. Если сделаете его компактнее — мы сможем аккумулировать объёмы для чего-то нужного. Если нет — придётся чем-то жертвовать.
— Хорошо. Я отдам соответствующие распоряжения. А теперь давайте посмотрим вблизи. Так сказать, «попробуем на зуб», — Райт в предвкушении потёр руки…
В общем, в ангарах Райт застрял на три дня, и выдернуть его оттуда смогло лишь сообщение Лиры Блиссекс, которая просила прибыть на орбитальные верфи для совещания по поводу проекта «Виктор».
Да, доля работы самого Сиенара в этом проекте не была такой уж и большой — но… Инженеры и конструкторы под руководством Лиры постоянно что-то оптимизировали, регулировали, переформатировали… В общем, делали своё дело. А Райту приходилось каждый раз мотаться туда и корректировать параметры своего реактора солнечной ионизации. Точнее, даже двух. Да и вообще — надо же подчинённым напомнить — кто тут главный. А то Лира, привыкшая работать на Куате, мгновенно построила его специалистов-раздолбаев в шеренгу, и припахала по полной программе. Впрочем, этим лоботрясам не помешает и попыхтеть иногда.
Вот только на станции его ждал небольшой сюрприз: в кабинете, помимо Лиры и инженеров, обнаружился сам глава корпорации.
— А вот и блудный сын! — Нарро Санте добродушно усмехнулся. — всё со своими ионниками балуешься?
— Зачем ты здесь? — Райт скрестил руки на груди, глядя на родственника.
— О, ты не подумай. — старик картинно замахал руками, — Просто прилетел посмотреть, как вы тут справляетесь. Не нужно ли чего…
— У нас всё в порядке, знаешь ли. Ведь в порядке, Лира?
Девушка изобразила улыбку.
— Да. Мы наконец определились с конфигурацией энергопотребления, и рассчитали необходимые параметры — которые совпадают одними из ранее разработанных образцов реакторов. Так что, мы продолжили работу над остальными компонентами. Проще всего с вооружением…
— Отличная новость! — Райт был в восторге, — Так, когда мы сможем начать?
Блиссекс нахмурила лоб. Один из инженеров — кажется, Грен Братано — пришёл ей на помощь. Сверился с датападом, он сообщил:
— Если двигаться такими же темпами, то через месяц мы сможем завершить подготовку чертежей, и начать закладку первой партии кораблей — в сто единиц.
— Всего сто?
— Да. Но мы, благодаря аккумуляции ресурсов — госпожа Блиссекс говорила, что с вооружением нет проблем, и, к примеру, башни главного калибра можно производить уже сейчас — мы завершим их через два месяца после закладки.
— А потом? — спросил Нарро.
— Потом… Потом мы заложим партию в восемь сотен, но их срок строительства — от четырёх до пяти месяцев. То есть, фактически, эти восемь сотен будут готовы через восемь — десять месяцев, отсчитывая от сегодняшнего дня…
«Рилот… Суровая, неприветливая планета. Однако, такая красивая, что порой трудно оторвать глаз от её пейзажей».
— Генерал Кеноби!
Человек оторвался от созерцания парящих скал, на фоне замершего на краю горизонта солнечного диска, разрезанного пополам, и повернулся к коммандеру Коуди, который как раз взбирался по ступеням на площадку.
— Любуетесь видами? — поинтересовался клон.
— Да. Такой картины больше нигде не встретишь.