Впрочем, не о всей нашей технике можно составить мнение. Танкисты хорошо отзываются как о АТ-ВТ, так и от алландских разработках. А вот АТ-АР так и не покинули ангаров «Одобряющих». Эти артиллерийские платформы чутком мощноватые для ведения боя в городе. Опять же, АТ-АА: мы хоть и развернули эти самоходные зенитные установки, смонтированные на базе АТ-ВТ, бывшего прямым наследником АТ-ТЕ, но применить их по назначению было невозможно из-за практически полного отсутствия вражеской авиации.
А вот с потерями было сложнее. С пехотой легче, как бы это цинично не звучало. А вот теряя технику, мы зачастую теряем и высококвалифицированные экипажи. Только за последнюю неделю мы лишились двух сотен разумных. Общие же потери с начала десантной операции перевалили за тысячу. Где брать пополнение? Часть предоставлялась из резервов Секторальной, но и они не вечны. Даже с простой пехотой становится туговато: на Майгито мы потеряли почти шесть тысяч клонов — ранеными и убитыми; во вспомогательных частях убыль составила ещё пять тысяч.
И всё же, можно было сделать вывод, что почти всё, что мне удалось внедрить в свою армию — созданное или отобранное с моей подачи — показало себя довольно неплохо. Истребители хвалят, гранатомёты — тоже. Немного ворчат на гусеничную технику, но это так, по первому времени. Она хоть и уступает репульсорной, но иногда она просто незаменима.
На волне этих размышлений я и принял решение ознакомится с теми проектами и задумками, что сейчас находятся на стадии разработки…
Джасмилль с трудом оторвала голову от подушки. Комлинк, лежащий на прикроватной тумбочке, весело попискивал, сообщая о входящем звонке. Сев на кровати, женщина похлопала себя ладошками по щекам, после чего, запахнув халат, направилась в кабинет.
Активировав систему связи, она увидела перед собой голограмму Микоре Викта.
— Доброе… к-хм. Простите. Кажется, я вас разбудил? — человек, по всей видимости, только сейчас понял свою оплошность. — Не знаю, сколько времени сейчас на Корулаге…
— О, не волнуйтесь: вы третий в списке тех, кто может звонить мне в любое время, — ответила Селанно. — Да и уже скоро утро.
— Всего лишь третий? Вы изрядно снизили мою самооценку, — с напускной горечью пробормотал молодой джедай.
Женщина рассмеялась, после чего поинтересовалась:
— Что вам было нужно, генерал?
— А, да… Я хотел узнать, как продвигаются наши работы по обоим проектам. Прошло уже довольно много времени, и хотелось бы быть в курсе происходящего.
Джасмилль откинулась на спинку кресла.
— Что касается совместной работы Блиссекс и Сиенара — всё идёт согласно графику. Особых затруднений не возникает. Да, есть рабочие моменты, но всё решаемо. Правда, некоторые характеристики могут чуть отличаться от плана, но основные параметры мы сохраним. В частности, чуть сократится авиакрыло, да и с его составом пока что нет определённости.
— А что с «сольным альбомом»?
— Ну… тут всё сложнее. Райт не укладывается в сроки. Говорит, что вы поставили высокую планку. Есть проблемы с подбором материалов и компоновкой… Я могу прислать вам отчёт о ходе работ.
Джедай на несколько минут замолчал.
— Будьте так любезны… И знаете — я могу кое в чём помочь. Скажите Райту, что я отправлю ему команду специалистов. Лира тоже может их задействовать, если потребуется.
Селанно недоумённо посмотрела на Викта.
— Прошу прощения, но я была в сборочных ангарах. Там работают лучшие специалисты фирмы… Может быть, даже профессиональнее, чем в аналогичных отделах «Куата». И я не понимаю, кто может им помочь.
— О, не беспокойтесь. Он уже работал с ними… Примерно двадцать два года назад. В общем, он их знает. Об остальном я позабочусь сам. Жду отчёта.
Голопроектор погас. Джасмилль пожала плечами, и, зевнув, направилась в спальную, где скользнула в постель. Её тут же обхватили мужские руки.
— Кто это был? — Райт Сиенар зарылся носом в её волосы.
— Викт. Спрашивал насчёт хода работ, — Селанно хихикнула, — Кстати, с кем ты работал двадцать лет назад?
— А что? — Райт замер.
— Он обещал прислать их сюда, — женщина повернулась к мужчине, и смогла лицезреть его крайне удивлённое лицо.
— Не может этого быть…
Склонившись над тактическим столом, Энвандунг-Эстерхази, глядя на схему, задумчиво пробормотала:
— Может, схема восемнадцать?
— Отрицательно. Двадцать два, — сообщил Жестяныч.