Лайн-капитан потёрла виски. Это был знакомый жест: так генерал брал «прямое управление» над кораблями. Через минуту всё прояснилось.
— Внимание, корабли выходят из гиперпространства… Это враг! Три «Барышника» и шесть «Бунтарей»! — доложил оператор систем слежения.
— Противник начал подтягивать резервы… Запаздываете с предупреждением, генерал.
— На этих не было органиков, угроза была смутна… — рассеянно пояснил Викт.
Ли Норьега вновь сосредоточилась на бое. Действительно, группа кораблей противника, скапливающаяся против центрального республиканского отряда, имела все шансы на прорыв. Применённая тактика таранов «Стервятниками» хоть и была не совсем удачной — было подбито всего два «Дредноута» и повреждено семь — но всё же принесла свои плоды. Учитывая повреждения, полученные в ходе боя, это было уже ощутимо: в линии осталось пятнадцать кораблей из двадцати. Ядро отряда КНС — «Бунтарь» и восьмёрка «Дредноутов» — пока-что оставались невредимыми, прикрываясь фрегатами.
«Левый фланг занят боем со вновь прибывшим подкреплением… Придётся перебросить лёгкие силы туда. Правый фланг — медленная победа, если не возникнет новое подкрепление… Хотя с той стороны — маловероятно. Центр… да, прорыв возможен. Цель? Вне сомнения, десантный ордер. При угрозе подхода новых подкреплений — шанс есть… Что же делать? Прекратить ротацию мы не можем, тем более, вскоре запуск второй волны… запуск…»
— Есть идеи? — Ринаун сжал край тактического стола.
— Смутные. Наличными силами прорыв остановить можно, но сложно.
— Вражеский командир умён.
— Это так… Значит, нужно вывести его из игры.
— Но как? Судя по всему, флагманским кораблём является «Бунтарь»… Мирро, уточнить интенсивность обмена! Вычислить источники!.. Так вот, его прикрывают «Дредноуты» и «Щедрости»…
— Ещё две группы гостей на подходе. — вклинился Викт.
— Возможно…
— Вы думаете о том же, о чём и я? — Кернатаун покачал головой. — Безумие…
— Генерал? — Сумераги обратилась к последней инстанции, будучи уверенной, что генерал уже в курсе её замыслов. И тот не подвёл.
— Это будет… красиво и страшно. Но это единственный выход. У нас нет времени на долгий встречный бой; мы не можем допустить потерь в десантном ордере. Действуйте. Я предупрежу Асоку и Депу — они прикроют атаку.
— Но это задержит вылет третьей волны! Она готова… на сорок процентов!
— Выпускайте тех что есть. И готовьте UAAT.
— Хатт… — Ринаун прижал к уху гарнитуру и связался с центром управления полётами, расположенным в соседней башне мостика, дабы отдать соответствующие указания.
Ли Норьега же начала вспоминать канал связи с Да Карром, командующим дуросскими космодесантниками. Десяток томительных секунд, запрос, и вот голограмма мужчины уже перед ней.
— Готовьте своих парней к абордажу.
— Да, мэм. Мы давно ждём этого момента! — браво отрапортовал тот, — Мои парни жаждут накостылять этим Сепаратистам.
— Десять минут на подготовку.
«Надеюсь, прорвется не так много кораблей, и шести батальонов хватит…»
Постепенно вражеский отряд начал приближаться, сойдясь практически в упор с передовой линией «Дредноутов» — их разделяли считанные километры. В этот момент была запущена вторая волна авиации: прикрытые передовыми кораблями, «Охотники» ещё могли относительно безопасно осуществлять запуск своих истребителей и бомбардировщиков, а также производить частичную ротацию авиакрыла — но скоро это станет невозможно.
— Твою мать, — удивлённо-восторженный голос Мирро несколько диссонировал с общей атмосферой, поэтому Сумераги решила поинтересоваться, что случилось. Ответ несколько выбил её из колеи.
— Наше сражение транслируется по Голонету в прямом эфире. Судя по картинке, какая-то лоханка висит на пределе дальности — в двух тысячах от нас. Попробовать заглушить их?
«Долбанные журналисты».
— Ещё один отряд врага на подходе.
— Вероятно, Сепаратистам известны пути обхода.