Заяц от неожиданности подпрыгнул. Сатс резко обернулся.
— Напугал. Можешь как-то оповещать перед появлением.
Он с подозрением посмотрел на Ялока. Зазвенел колокольчик.
— Так пойдёт? — спросил Ялок.
— Хоть так, — раздражённо ответил Сатс. — Что это за суд богов, которым нужна жертва? — спросил он.
— Это Круг энерго-оборота. Если что-то хочешь получить, надо что-то отдать, иначе беда выйдет.
— У меня ничего нет! Что я могу отдать?
— У тебя есть чаша и Заяц.
— Ээй, постой. Чашу отдать не проблема, а вот Зайца — это как душу отдать.
— Так оно и есть. Это Душа твоего детства. Того мальчика, который сломался и сбежал от реальности, запечатав себя в осколке. Когда ты проходил первое испытание, печать сломалась, но ты так и не смог впустить осколок в себя. Поэтому душа проявила себя в Зайце.
Сатс задумался. Ялмез с Ингой отзывались о Ялоке как о жулике. Но в делах и словах Ялок ведёт себя прямо и открыто. Нет повода для сомнений.
— Это последнее твоё испытание перед входом на гору, — продолжил Ялок. — Решай, что обменивать будешь.
Сатс посмотрел на Зайца. Потом на ворота.
— А что там за воротами?
— Этого тебе никто не скажет, — Ялок развёл руками.
Сатс достал чашу и опустился к Зайцу.
— Нет, — затрепетал Заяц. — Не меняй меня. — Он прижал уши, сжался и задрожал.
— Не бойся, Напетс, я не отдам тебя никому. — Сатс обнял зайца.
— Но как же ты войдёшь? — робко спросил тот.
— Войдёшь ты! Будь перед Богами учтив и не робей, — Сатс потрепал зайца по голове.
— Что ты задумал? — встрял взволнованный Ялок, — Так не пойдёт! Если ты отдашь Душу, ты как Сатс умрёшь.
— Пусть будет так! Не могу я ещё раз предать этого ребёнка. Я понимаю, что я делаю.
Сатс устало поднялся, установил чашу в нишу и произнёс:
— Я помещаю в чашу свою душу и обмениваю её на проход Зайца на гору Вогобдус.
Поднялся ветер. Большая львиная пасть ожила. Каменная шерсть превратилась в обычную. По клыку стекла капля слюны. Громогласный голос прорычал.
— Это твоё последнее слово?
— Да! — ответил Сатс.
— Принимаю, — прорычал Лев.
Сатс вошёл в пасть и повернулся к встревоженным Ялоку и Зайцу. Ветер усилился. Сатс закрыл глаза. На миг вспыхнул свет, и пасть Льва сомкнулась.
Часть третья