* * *
Я покинула конференц-зал в ярости, в бешенстве, совершенно "выбитая из колеи". Я была так зла на себя. Как я могла вообще связаться с Дианой, не подумав о последствиях? Как я могла не предвидеть возможность того, что она может использовать информацию, которую она найдет?
- Твой мужчина знает, как правильно относиться к женщине, - сказала Ла Конни, когда я снова прошла мимо нее. - Я просто сидела тут, когда приехал посыльный. Посылка лежит на твоем столе.
Внутренне съежившись, я чувствовала груз вины на моих плечах. От вида белых лилий рядом с моим телефоном отчаяние только усилилось.
Я сорвала с букета привязанную к нему записку.
Джекс сам подписал карточку, но его подчерк выглядел размытым от моих слез.
Хуже, чем нарушение его конфиденциальности, я боялась только того, что такие личные откровения о его матери нанесут ему глубокую душевную рану. Ее фото в гостиной нашего дома говорили мне, что он заботился о ней, но его нежелание говорить о ней давало понять, что тема была болезненной.
И теперь мир будет знать о ней, и я буду напрямую виновата в этом.
Я дотронулась до мягкого бархатного лепестка.
- Ну и облажались же мы, - сказала я тихо.
Плюхнувшись в кресло, я начала планировать, как лучше рассказать ему о том, что я сделала.
* * *
Я уже была почти готова покаяться ему о том, что натворила, когда лифт остановился на этаже пентхауса. Когда дверь открылась, я попала в настоящий хаос.
Я замерла, в шоке. Входная дверь была открыта и сквозь нее я могла видеть десяток людей в костюмах, расхаживающих в моей гостиной со смартфонами, прижатыми к ушам.
Тошнота, которую я чувствовала - весь день ухудшалась, стоя в прихожей, я чувствовала себя действительно больной.
Когда я переступила порог квартиры, я осмотрелась в поисках Джекса. Я не могла найти его, но Паркер был там, в живую и на фотографиях, сделанных вместе со своей покойной женой у развлекательного центра. Он бросался в глаза, даже при том, что не двигался, стоя на фоне движущегося роя других людей в гостиной. Он обратил на меня внимание.
Он повернул голову в мою сторону. Я наблюдала, как признание моего присутствия становится для него привычкой. Он развернулся ко мне.
- Что происходит? - спросила я, хотя боялась, что уже знала ответ.
- Мы пытаемся "потушить пожар". Мне жаль, что мы захватили ваши покои, но Джексон предпочитает решать некоторые вопросы в своем домашнем офисе.
- Я могу что-нибудь сделать?
Его рот скривился точно так же, как и у Джекса.
- Я бы не прочь выпить. Что-то крепкое, желательно.
- Ладно. - я оглянулась к мини-бару у окна, где обычно в хрустальных графинах находились лучшие в мире ликеры. Я нахмурилась, когда увидела там только вазу с цветами. - Я принесу тебе что-нибудь.
- Спасибо. Я оставлю свой портмоне в вашей спальне, - сказал он, протягивая руку в сторону спальни.
Как только он отправился прямо по коридору, я пробралась через толпу мужчин и женщин, снующих внутри переполненной гостиной. Обрывки разговоров захлестнули меня.
- ...подтвердить источник...
- ...следует рассмотреть вопрос о выдвижении обвинения в клевете...
- ...объявление войны семье Рутледж не самый мудрый шаг...