Борьба велась тяжело и невозможно недолго, по крайней мере, мне показалось, что прошла вечность, перед тем, как все-таки смогла разлепить веки и уставиться невидящим взглядом перед собой, в потолок. Последние десять минут своей жизни я, наверное, никогда не забуду, ведь они войдут в топ моих лучших дней. А еще у меня появилась маленькая проблемка в виде странных чувств к тому парню, которому мой глупый мозг дал имя «Рэй».
— Надеюсь, когда увижу его еще раз, то смогу понять, что же испытываю. — Тихо прошептала и продолжила валяться. После всего пережитого с таким трудом, не хотела ничего.
Как бы не желала провести весь день лежа в кроватке, нужно было пересилить свою дремоту и слабость и отправиться в город на поиски пропитания и еще чего полезного.
«Скоро увижусь с ребятами. Осталась всего неделька…» — день стал еще лучше от мысли, что в ближайшем будущем смогу провести время с близкими мне людьми, отвлечься и забыться.
С ленивой улыбкой чеширского кота потянулась, от души зевнула и встала с дивана, с намерением позавтракать, привести себя в порядок и отправиться по делам.
Бенишия осталась позади, когда в один прыжок перелетел через небольшую речушку, служившей некой границей между городом и природой. Так как по улицам бродят зомби, а людей по пальцам пересчитать, то мне захотелось чего-то новенького. Например, кролятины. Игра в догонялки с этими милыми зверьками меня всегда забавляла и умиляла, а когда с хрустом сворачиваю им шеи, то и вовсе доставляла особое удовольствие.
Оказывается, за городом было не так уж и плохо: обширная поляна, окруженная рощицей, рядом та самая речка, а если углубиться во всю эту дикую красоту, то можно отыскать множество полей с разными посевами. Точнее, то, что осталось от них, ведь урожай никто не собирал и он вырос повторно из опавших семян. Ну да оно и к лучшему, люблю когда исчезают следы человеческой деятельности.
Пройдясь немного на своих двух, таки вышел на кроличий след, напоминающий замысловатые завитки. Скорее всего, тут их водилось в изобилии, так как мало кто интересуется подобным занятием, а зомби слишком тупы и медлительны, чтобы угнаться и поймать взрослого кролика. Присев на четвереньки, издал характерный моему виду звук — гортанное рычание, не похожее ни на одно у существующих ныне животных. Мое было грубее и ниже по тембру, чем у моих сородичей и мне это нравилось, ведь считал, что это мое отличие, то, что делает меня уникальным. Опустив голову к земле, сделал глубокий вдох, распределяя запахи по полочкам, отделяя каждый и выбирая подходящий. Закрыв глаза, чтобы меня точно ничего не отвлекало, полностью погрузился в этот мираж, где за фантомами животных и птиц тянулся шлейф аромата разных цветов. Кровь мгновенно вскипела и довольно заурчал, а после сделал вновь глубокий, жадный вдох, наконец определяясь с выбором. Среди множества других, меня привлек лишь фантом молодого кролика с милыми длинными ушами и манящим запахом, поэтому направил все усилия на его поиск. Охота обещала быть впечатляющей, ведь на этом зайце останавливаться не собираюсь.
Порыв ветерка облегчил страдания Тодда, едва ли не умирающего от жары. Хоть и стояла весна, но пекло, как в августе. Троица внимательно осматривала переулок за переулком, улицы, небольшие дома, все, что посчитает подозрительным и способным утаить убийцу их товарища.
Адам вновь косо посмотрел на Харли, озирающегося по сторонам с широченной улыбкой.
— Гребаный кретин… — брать мужчину с собой на вылазку было крайне ужасной идеей, особенно когда он до сих пор под кайфом и приносит только проблемы, а не пользу.
Остальные хоть и приняли недавно, но их почти полностью отпустило, поэтому могли оценивать ситуацию, строить планы и работать более менее бесшумно. Держа свою верную «узишку», Адам ощущал себя в тени безопасности; Тодд же яростно сжимал бейсбольную биту с вбитыми в нее гвоздями для большего урона. Позади парней послышался истерический смех, а почти сразу же после этого хлопок и смех стал сдавленным. Синхронно обернувшись, уже зная, что они увидят, мужчины сдерживали себя, чтобы не пустить очередь в этого «укурыша» или не засадить ему гвоздями в пятую точку.
— Харли, заткни свое ебало, блять! — гаркнул главный и с чувством дал тому громкую оплеуху, от которой у наркомана дернулась голова и он едва не полетел в ближайший столб. Тодд лишь хмыкнул, но после вернул свое недовольное лицо, в какой-то степени подражая своему боссу.