Хантер дал мне эти таблетки, гребаный Хантер. Он знал? Он, блядь, знал, что собирался со мной сделать? Пожалуйста, Боже, скажи мне, что это неправда.
Я рада, что они уже в пути, потому что я собираюсь убить его, черт возьми.
Одиннадцать
КСАВЬЕ
— Клянусь гребаным Богом, не заставляйте меня сожалеть об этом, — рычит Райан суровым голосом, вручая мне листок бумаги с указанием местоположения по GPS для добавления в навигационную систему Jag.
— Мы услышали тебя с первого раза, Райан, — ворчит Хантер, выходя из парадной двери и бросая свою спортивную сумку в багажное отделение, прежде чем повернуться к нам.
— Ну, тогда давайте убедимся, что это, блядь, засело у вас в мозгу, ладно? Если я пронюхаю о каком-нибудь дерьме, мне все равно, кто вы, я выпотрошу вас к чертовой матери. Если она сломает ноготь или поранит палец на ноге, это будет ваша гребаная вина, — выпаливает он, и я ничего не говорю, просто приподнимаю бровь, глядя на Бетани, которая согласно кивает, скрестив руки на груди.
— То, что он сказал, — добавляет она, и Тобиас усмехается.
— Да, да. Мы тебя услышали. Теперь мы можем, пожалуйста, ехать? — спрашивает Тобиас, уперев руки в бока, готовый забраться в "Jaguar" и свалить отсюда к чертовой матери. Я рядом с ним.
— Прекрасно, но, честно говоря, вам, ребята, тоже лучше быть в курсе своих школьных заданий. Нам нужно поддерживать все как можно более нормальным, чтобы не поднимать никаких тревожных флагов. То же самое я сказала и девочкам. Мы хотим защитить вас, но мы также не хотим навредить вашему будущему, — предупреждает Бетани, притягивая Хантера в объятия. Она крепко обвивает руками его шею, ее глаза закрываются, когда она вдыхает его запах.
Я не знаю, как ему так повезло, что кто-то, кто разделяет его кровь, так сильно любит его. Никто из нас многого не знает о том, что было когда она была моложе, но она рисковала всем ради них обоих, и она определенно причина, по которой он все еще есть в нашей жизни.
— Ладно, хватит говорить голосом мамы, Бетти, — дразнит Райан, разряжая ситуацию, и она закатывает глаза, отступая от Хантера. — У вас у всех есть телефоны, которые я вам дал? — спрашивает он, имея в виду дешевые одноразовые телефоны, которые он дал нам прошлой ночью.
— Да, и мы оставили наши на кухонном островке, — со вздохом отвечает Тобиас. — Пожалуйста, теперь мы можем ехать? — повторяет он, подходя к Бетани, чтобы быстро обнять ее, прежде чем направиться к машине.
Хантер следует за ним, и я неловко стою там мгновение, пока Бетани смотрит на меня с надеждой в глазах. Когда мы были моложе, Тобиасу потребовалось некоторое время, чтобы присоединиться к маленькому параду объятий, но мне это никогда не нравилось. Я вижу, как она смотрит на меня сейчас, и странная часть меня почти соглашается с этим, но вместо этого я слегка улыбаюсь и киваю головой.
— Спасибо тебе, — честно бормочу я, и она улыбается мне, вероятно, зная, что мне не нравится произносить эти слова так же сильно, как не нравится обнимать ее.
Хантер забирается на пассажирское сиденье, в то время как Тобиас расслабляется на заднем, оставляя меня закрывать багажник, пока я обхожу внедорожник и сажусь за руль. Заглянув внутрь, нельзя даже предположить что мы собрали вещи, чтобы ненадолго уехать втроем. Не похоже, что мы уезжаем на ночь. У меня, наверное, больше всех, с собой две спортивные сумки, набитых одеждой и другими личными вещами, но у Тобиаса буквально только рюкзак.
Забираясь на водительское сиденье, я пристегиваюсь и смотрю в зеркало заднего вида на Тобиаса. — Ты уверен, что упаковал все свое барахло?
— Мне не нужно мое дерьмо. Все, что мне нужно, уже там, ждет меня, — отвечает Тобиас, и я не думаю, что он когда-либо произносил более правдивые слова.
Выезжая на подъездную дорожку, я смотрю, как Райан и Бетани исчезают вдали, пока Хантер напевает под музыку, но ничего из этого не всплывает у меня в голове, поскольку я так сосредоточен на предстоящем пункте назначения. У нас впереди четырехчасовая поездка, и мне интересно, сможем ли мы управиться за три.
— Кто-нибудь думал о том, что мы будем делать, когда Илана поймет, что мы не в Найт-Крик и не в доме Бетани и Райана? — Спрашивает Тобиас, и я вздыхаю, потому что, честно говоря, нет, не думал.
— Что еще мы должны сказать или сделать? Она угроза тому, что принадлежит мне, нам, и нашим приоритетом должна быть Иден, — отвечаю я, и никто из них не спорит со мной. Нужно ли нам разбираться с моей матерью? Да, но сейчас просто не время. Хотя я чувствую, что выбор, который нужно сделать, приближается с каждым днем.
— Что это у тебя там? — Спрашивает Хантер, оглядываясь через плечо на Тобиаса, и я бросаю взгляд в зеркало заднего вида, когда мы выезжаем на автостраду, моя нога сильно нажимает на педаль газа, что отвлекает меня от того, что он делает.
— О, это книга для детей или для родителей. Я действительно не знаю, как это назвать, но готов поспорить на свою задницу, что я появлюсь там, зная больше, чем знаю сейчас, — говорит он, не поднимая головы от книги в руках, и мне хочется остановить "Jaguar" и заставить кого-нибудь из других ублюдков сесть за руль.
Как я могу узнать обо всем этом дерьме, пока я за рулем?
— Подожди, мы можем получить что-нибудь подобное на Audible? — Спрашиваю я, вспоминая, что видел рекламу какого-то приложения для чтения книг, и краем глаза замечаю, как остальные пожимают плечами. — Послушайте, я не собираюсь оставаться в стороне от всего этого дерьма с детскими знаниями. Ты либо начинаешь читать вслух, либо Хантер находит альтернативу. Я уже в ее дерьмовом списке, и я не позволю вам, придурки, опередить меня со всем этим, — ворчу я, костяшки моих пальцев белеют от того, как крепко я сжимаю руль.
— Или ты мог бы почитать книгу, а я мог бы везти "Jaguar", — парирует Тобиас, и я практически рычу.
— Только через мой гребаный труп, — огрызаюсь я, только не после того, как позволил одному из них сесть за руль, когда прыгнул с моста вслед за Иден. Я до сих пор не оправился от этого, даже если бы мне удалось посидеть рядом с ней. Мне приходится прибегать к крайним мерам, чтобы передать руль своего "Jaguarу", но, что более важно, к контролю, который дает возможность быть водителем.
— Прекрасно, — ворчит Тобиас, листая страницы, пытаясь найти лучшее место для начала.
Мы едем так часами, буквально часами, без остановки на отдых, потому что, черт возьми, нам нужно добраться до нашей девушки. Сейчас. Я никогда больше не хочу слышать голос Тобиаса, и часть информации в этой книге чертовски отвратительна, но я отчаянно хочу точно знать, как далеко она продвинулась, чтобы мы могли сравнить размер ребенка с графиком в книге. Гребаный график.