— Беги, Амина, беги, девочка….
Он знал, что она вернётся. Несколько минут назад ему пришло сообщение от лечащего врача её брата о том, что операцию назначили на 10 октября. А это через три дня. Ей не достать этих денег нигде. Уж он об этом позаботился.
Амина выбежала из кабинета, не разбирая дороги. И сама не поняла, как оказалась на улице, на парковке за зданием компании. Её всю трясло и ей пришлось присесть на парапет за задним рядом автомобилей, коих, в виду вечернее время было не так уж и много. Мозг её лихорадочно работал, ища выход. Она отказалась от контракта, а значит, по факту и от должности ассистента Сабурова, которую занимала сейчас? Ведь так? Как ей теперь работать? Или она уже не работает? Как узнать? Для этого нужно снова встретиться с этим ужасным человеком…
Девушка полезла в сумку за платками, чтобы вытереть тушь, которая наверняка сейчас пенистыми разводами стекала по лицу от слёз. Руки тряслись. Выронив всё содержимое на бетонный пол, Амина чертыхнулась. Быстро подняла вещи и увидела телефон, который после обеда запихнула в сумку. Пятнадцать пропущенных от мамы… Амина набрала её номер.
— Амина, детка, — услышала в трубке она самый родной голос, — я уже пол дня пытаюсь до тебя дозвониться. Мне звонил врач Давида. Говорит, что больница Северного Йорка в Торонто уже 10 числа сможет принять его на операцию. Это такой шанс!..Вот только….
— Я поняла мама, я найду деньги, пожалуйста, не волнуйся, — Амина сбросила вызов. Объективно. Денег взять неоткуда. Ситуация безвыходная… Вернее, выход был, но она не могла представить, как переступить через себя, согласится на ТАКОЕ.
Наконец, кое-как взяв себя в руки, она поехала домой.
— Как ты сегодня? — привычно спросила она брата, обняв и поцеловав в темноволосую макушку.
Они с Давидом у родителей были поздними детьми. Ещё был старший брат, но умер, не дожив до года. Именно поэтому родители долго не могли решиться на другого ребёнка, и лишь через шесть лет появилась Амина. А ещё через восемь, совершенно неожиданно — Давид. Но он принёс ещё больше счастья в их семью. И они были счастливы, до тех пор, пока не погиб отец.
— Нормально, — ответил он.
— Что врач сказал?
— Что вместо операции можно провести второй курс химеотерапии, но это опасно.
— Насколько? — сердце Амины сжалось.
— Настолько, насколько же и сама болезнь опасна. Ты чего сестрица, совсем с лица сошла, я не собираюсь умирать, Эй, мне ещё детей твоих нянчить!
Только её брат был способен утешать её, в то время, как ему самому было явно плохо.
— Ты поедешь и сделаешь операцию, с тобой всё будет хорошо, — твёрдо сказала она.
— Да? Ты ограбишь банк? Где деньги возьмём? — Давид удивлённо на неё посмотрел.
— Нужно будет, ограблю. Деньги — не твоя забота…
Она приняла решение. Она подпишет контракт с Сабуровым.
Всю ночь Амина не могла заснуть, пытаясь представить в долгосрочной перспективе, во что ей выльется это. Пять лет. Не так уж и много. Но и не мало. В конце концов, что такое пять лет в обмен на жизнь брата?!
Утром она приехала в офис ещё до восьми. Она знала, что Сабуров всегда приезжает раньше всех остальных сотрудников. Собравшись с духом, она коротко постучала в дверь его кабинета. Услышав разрешение войти, она распахнула дверь, но нерешительно застыла на пороге.
— Входи, Амина, — спокойно сказал он, не поднимаясь со своего кресла и даже не взглянув на неё, — контракт всё ещё ждёт твоей подписи.
Она бросила взгляд на стол. Контракт лежал ровно на том же месте, где она вчера его оставила. Он знал, что она вернётся!
Амина несмело подошла к столу и присела на стул.
— Мне не нужна жертва, Амина, — грубо сказал Сабуров, поднялся с кресла и встал у неё за спиной, — мне нужна женщина, чётко понимающая, на что она идёт.
Он склонился к ней, опаляя её щёку своим дыханием.
— И готовая выполнить всё это по собственной воле, — продолжил он, — даже если она в ситуации, когда у неё нет выбора.
Он провёл своей ладонью по её руке и сжал запястье, положив перед ней ручку.
— Подписывай. А то ведь я могу и передумать.
Он выпрямился и отошёл к окну. А она дрожащей рукой подняла со стола ручку. Ей казалось, что она сейчас подпишет контракт с самим Люцифером. Был ли у неё выбор? Смириться и смотреть как умирает брат? Или попытаться спасти его, заложив при этом свою душу?