— Короче, я сматываюсь.
— Может, ты все-таки зайдешь к этой тетке? Поспрашивай ее, что да как. Чем конкретно промышляет эта Марфа? Надо же мне что-то доложить Камешкову. А еще лучше — поселись у Тамары на пару дней, сходи к Марфе этой, как будто на лечение, авось чего и узнаешь.
— Тебе там что, в кефир что-то подсыпают? Как я здесь жить буду? — удивилась я чужой наглости.
— Понимаешь, мне лучше потянуть резину, пока Камешков решит вопросы с оформлением тачки. А потом и с разрешением на оружие, и с лицензией. А еще сегодня он пообещал, что все праздники и юбилеи их отделение полиции будет заказывать угадай у кого? Времена нынче кризисные, так что я бы не расстраивал клиента.
— Твой Камешков под коньячными капельницами и не то пообещает, — буркнула я. — Ты мне предлагаешь тут навеки поселиться, пить горькую с Костиком и следить за петухами и блудницами?
— Зря ты так. Я бы сам с удовольствием пожил на лоне природы. Ты же знаешь, как я люблю всю эту самобытную Русь: все эти оливьешечки, погребочки, клееночки на столе, грязный, будто уже выпавший ржавым, снежок, эти домишки, «Голубые огоньки», кильку в томате, отрывные календари с анекдотами, буфетный хрусталь.
— Ты так говоришь, словно Петушки — деревня, не имеющая равных, место неописуемых приключений и скрытых красот, — перебила я этого умника. — Тебя послушать, так жить тут — значит быть отмеченной невиданной благодатью. Покорно благодарю!
В продолжение нашего разговора я обратила внимание на то, что из дома Тамары появился маленький тощий мужичок в медицинской маске и с интересом уставился в мою сторону. Я машинально назвала его про себя Леонидом, после чего вспомнила, что он недавно падал с лестницы.
Решив не мозолить ему глаза, я отошла в сторонку, к дому Костика, и тут в телефоне запикала вторая линия. Сбросив Славика, я взглянула на экран и испуганно засунула телефон в карман. Но тут он снова истошно запищал: на мамулю у меня стоял звук пожарной сирены, но ей об этом знать не стоило. Отцов у меня много, а мамуля одна, оттого она еще ценнее и расстраивать ее ни к чему.
— Ты где? — с ходу взвилась мамуля, а я машинально подобралась: она терпеть не могла сутулящихся.
— На месте, — лаконично ответила я, кашлянув.
— Интересно, на каком? Разве что на том, что у тебя ниже спины. Мало по нему в детстве били. На работе тебя нет, раз уж сегодня выходной. А твой сосед Иннокентий заявил, что ты с утра умчалась и вид имела заполошный.
— Он слишком много знает, — проворчала я, а мамуля не преминула съязвить:
— Знает так много, но ничего не слышал об антиперспирантах. А еще он говорит, что ты ешь много сладкого. Видимо, не оставила скверную привычку выставлять мусорный пакет за дверь. Вся в отца.
Я хотела уточнить, в какого именно, но тут меня словно током шарахнуло:
— А как ты… Ты что, не в Ницце?
— Да, я сейчас в твоей квартире. Хотела сделать сюрприз, но не вышло. У тебя везде бардак, холодильник пустой, куда только отцы смотрят? И меня очень волнует вопрос, почему ты рассталась с Димочкой Ланским? Его папа — унитазный король области — звонил, жаловался, что такая невестка ускользнула.
— Я не могу с ним встречаться. Не позволяют обстоятельства, — деликатно попыталась я обойти неприятную тему.
— У тебя появился кто-то другой? — пошла в атаку мамуля.
Я хотела ответить, что кто-то другой появился у Димочки, а у меня просто появился мозг, но сочла лучшим пробормотать что-то невнятное. Незачем дразнить гусей.
— Дома поговорим, — неожиданно рявкнула мамуля, а я вздохнула.
Приплыли. Обычно мамулю калачом не затащишь на родину, и встречи наши все больше проходят на ее территории, то есть на Лазурном Берегу. И если ее принесло в родной город, тому должна быть веская, я бы даже сказала, мускулистая и загорелая, причина.
— Ты поссорилась с Антуаном? — кашлянула я, решив сменить тему.
— В свете последних событий я все больше склоняюсь к мысли, что его стоит называть Хуаном, — хмыкнула мамуля, а я поняла, что попала в «яблочко». — Я же тебе рассказывала, что мы занимались с ним на уроках фламенко?
Я промычала «угу», потому что ничего такого не помнила, но разочаровывать мамулю не хотелось.
— И что? Фламенко вас не сблизило, а наоборот? В том смысле… Все так неожиданно… Ты же говорила, что ближайшие полгода не собираешься приезжать, — протянула я, пытаясь понять, чего ждать от жизни.
И тут же испугалась своего вопроса, потому как мамуля могла подумать, что я ей не рада. Обычно после упоминаний своих бойфрендов родительница переходила к упоминанию отцов, а потом доставалось и мне. Сейчас я услышу, что она посвятила мне свою жизнь и молодость. И теперь имеет право пожить, как человек, что в ее понимании означало — на всю катушку.
Но сегодня мамуля была подозрительно кротка и покладиста, оттого нотации пропустила и просто заявила, что Хуана надо бы проучить. С этой целью она и приехала, а дата окончания ее побывки пока видится весьма расплывчато.
Признаться честно, я малость скисла. Конечно, я желала родной душе любви и счастья, но перспектива делить с ней квартиру, хоть и двухкомнатную, слегка пугала. Мамуля у меня ого-го, в том смысле, что женщина она во всех отношения видная и почти что идеальная. Рядом с ней я остро начинаю замечать свои недостатки, а кому такое понравится?
Когда люди впервые видят мамулю, они впадают в некое подобие транса: родительница эпатажно курит женскую трубку, широко экспериментирует с европейской пластической хирургией и постоянно меняет цвет волос.