— Заходи!
Девочки прошли через небольшую прихожую с громадным гардеробом и оказались в кухне бабушки Слетберг. В ней стояли большой стол, окруженный диванчиком и тремя стульями, и старый шкаф с застекленными дверцами и множеством маленьких ящичков.
Это была очень красивая кухня.
— Как мило, — сказала Фрида.
Вместо ответа Шпрота только нахмурилась и направилась к шкафу.
— Нет, ты только погляди! — зло сказала она, срывая со стеклянной дверцы листок, и прочла вслух:
— И это, по-твоему, мило?
Было еще много других записок. Они были наклеены повсюду: на плите, на холодильнике, на двери в кладовку, на столешнице. Иногда по одной, иногда сразу по две. И на всех — точные рабочие указания.
Все больше краснея, Шпрота посрывала их все до одной.
Фрида взяла у нее из рук ворох записок и принялась читать.
В конце концов это ей надоело, и она швырнула записки на стол.
Там лежала большая связка ключей, а рядом еще одна записка.
— А это еще что значит? — ошарашенно спросила Фрида. — Может, она все-таки прячет клад? Ты как думаешь?
Шпрота покачала головой.
— Понятия не имею. Странно… — Она в задумчивости рассматривала черный ключ. Однако он мало чем отличался от других.
— Эй, Шпрота! Ты уже здесь? — громко позвали снаружи.
Люсик тут же разревелся.
— Эй, там ваш младенчик орет!
В кухню вошла Мелани. За нею, словно на буксире, тащилась Труда.
— Что ж тут удивительного, если вы сами так визжите? — укоризненно спросила Фрида, выбежала из дома и вернулась с ревущим ребенком. — Он весь мокрый. Мне надо его помыть. Вы бы разложили на столе его одеяло.
Труда молниеносно исчезла и тут же вернулась c одеялом.
Шпрота все еще стояла, разглядывая черный ключ.
— Слушай, отойди в сторонку, — попросила ее Фрида, освобождая Люсика от промокших насквозь пеленок.
Труда наблюдала за нею с явным удивлением.
— В этом ключе есть что-то особенное? — с любопытством спросила Мелани.
— Я и сама не прочь узнать, — пробормотала Шпрота и сунула связку вместе с неприветливой инструкцией в карман штанов.
3
— Да тут же нет ни одного петуха! — удивилась Мелани.
Девочки сидели вчетвером вокруг шаткого садового столика прямо посреди куриного выгула и пили чай с печеньем.
— От петухов одни неприятности, — объяснила Шпрота.