Тяжелое молчание повисло в воздухе, пока они оба смотрели на меня. Сердце колотилось о ребра, готовое выпрыгнуть. Неужели я облажалась, признавшись в этом?
— Черт, — пробормотал Джейс. — Я имею к этому какое-то отношение?
— Мы были детьми, когда это случилось, — перебила я его. — Сомневаюсь, что кто-то из вас вообще с ним встречался.
Облегчение промелькнуло на лице Джейса, и мой желудок скрутило. Он действительно беспокоится обо мне, раз переживает, что мог убить моего брата, даже не зная об этом. Но нам всем было по пятнадцать, когда это произошло. Примерно в тоже время, когда он и Кайен разрушили свою дружбу. Банда “Гримроуз” — причина, по которой у меня отняли брата.
Но Крис?
Он убил Шона. И я не успокоюсь, пока он, блядь, не заплатит за это.
Я вздрогнула от неожиданности, когда Джейс обнял меня за плечи, притягивая к себе. Кайен шагнул ближе, опускаясь на край кровати. Слезы навернулись мне на глаза, и я сморгнула их. Я не могла думать о Шоне без того, чтобы мои эмоции не взяли надо мной верх.
— Мне жаль твоего брата, — тихо пробормотал Джейс.
Я не ответила, боясь разрыдаться. Мне больше не хотелось об этом говорить. Ничего из того, что я скажу, не изменит того, что произошло. Мы сидели в тишине, пока мои веки не отяжелели, а голова не опустилась на грудь Джейса. Сон окутал меня.
Глава 27
Я захлопнул дверцу машины, мои глаза горели от усталости. Был почти полдень, а я не спал всю чертову ночь. Отвезя Ринн и Джейса обратно в кампус, я поехал поговорить с Элли. Сказать, что она была в ярости на меня, было бы преуменьшением. Я нарушил ее приказ, чтобы сохранить Джейсу жизнь. Мужчины думали, что она согласилась на это, но это было не так. Потребовалось три часа, чтобы убедить ее, что мы можем обернуть это в нашу пользу. Она все еще была недовольна, но, по крайней мере, больше не собиралась убивать Джейса.
Я повозился с брелоком, запирая машину, а затем направился к общежитиям. Прежде чем я успел покинуть парковку, из-за седана вышла фигура. Мое сердце бешено заколотилось, когда я встретился с ним взглядом. Я не видел его с момента нашего разговора в парке, и теперь он был в кампусе средь бела дня. Парень выделялся в этом месте так же сильно, как и я.
— Где ты был? — спросил Кинг, наклонив голову.
— Какого хрена ты здесь делаешь? — тихо прошипел я.
— Я же сказал тебе одну вещь, — пробормотал он с угрозой в голосе. — Отвечай, когда я позвоню. И все же прошлой ночью я звонил дважды. И угадай, что? Никто, блядь, не ответил.
— Я был занят, — это была правда. Но я также оставил телефон, который он мне дал, в своей комнате. Ни за что на свете я не взял бы его с собой, когда выполнял поручения для Элли. Я был уверен, что на нем есть маячок, а поскольку он не упоминал ни Элли, ни Подполье при нашей первой встрече, я сомневался, что знает, на кого я работаю. Я планировал сохранить это в тайне.
— Где ты был? — спросил он.
— Мне нужно было уехать.
— Так не пойдет, — ответил он, поворачивая голову в сторону. — Должно быть, она тебе действительно безразлична.
Он смотрел на общежития, и мой желудок сжался, когда я сделал шаг к нему.
— Держись от нее подальше.
— Ринн Роудс, — от его слов у меня по спине пробежал холодок. — Мы знаем все ее расписание. Номер ее комнаты. Машину, на которой она ездит. Мы можем добраться до нее, прежде чем ты даже поймешь, что произошло.
— Я убью тебя, черт возьми, — прорычал я, моя ярость взяла верх, когда я направился к нему. — Если ты прикоснешься к ней…
— Ты не в том положении, чтобы угрожать, — он резко оборвал меня, его глаза вспыхнули раздражением. — Мы следим за этим кампусом. За ней. И тобой. Семья хочет вернуть тебя под свой контроль.
— Я и так под их контролем, — огрызнулся я, понизив голос. — Ты так и не сказал мне, какого черта им нужно.
— Отвечай на мои звонки. Продолжай делать то, что ты делаешь, до выборов, — он засунул руки в карманы, наклоняясь ближе. — Не говори ни единой гребаной душе, что мы здесь. На этом все. Ты понял?
Я стиснул зубы, пытаясь сохранить самообладание. Я хотел, черт возьми, убить его прямо здесь. Но я не знал, насколько сильно он блефует. Если семья действительно следит за кампусом, то его убийство ничего не даст, а только усугубит ситуацию. Их влияние было огромным, и даже если бы я каким-то образом вывез Ринн из кампуса, я не был уверен, что этого было бы достаточно, чтобы обеспечить ее безопасность.
— Я понял, — выпалил я.
— Хорошо. В следующий раз, когда я позвоню, ответь, черт возьми. Или мы похитим ее. Думаю, это сделало бы тебя более сговорчивым.