Они же не рас уже прорывами сталкивались, должны иметь план, как действовать.
— Уходить нам некуда. — произнес Герман. — Нужно занимать оборону, и ждать гостей. Капитан!
Все-таки приятно находится в компании людей, которые знают, что делают. И уже имеют опыт подобных ситуаций. Вместе с командиром спецназа, Герман быстро организовал людей, и повел их в ущелье.
В русле горной реки, из которой пришли контрабандисты, мы в свое время устанавливали датчики, которые позволили нам заранее узнать о приближении китайского энергета. И, как выяснилось, пока там бродили, наш начальник заметил еще кое что.
На возвышении около пяти метров от земли, в отвесной стене скалы, имелась полка. Небольшая щель в породе, которая протянулась на десяток метров. Забраться на нее без альпинистского снаряжения нечего было и думать, но спецназовцы, отправляясь в горы, подготовились и к этому.
Быстро наладив систему подъема, они забрались на полку и подняли туда все вооружение. Герман с Машей просто взлетели на невидимой подставке поля, а вот мне пришлось прыгать, вбивать пальцы в камень, и потом аккуратно вползать в слишком узкую для боевой формы щель.
— Ерунда какая-то! — пожаловался я. — Я же тут как шпрота в банке! Надо искать другую позицию.
— Нет времени. — отмахнулась Маша, напряженно вслушиваясь и, кажется даже принюхиваясь. — Можешь забраться повыше, там что-то подыскать. Но держаться лучше вместе.
Пока я выбирался с полки и карабкался наверх, к небольшому карнизу, на котором и уселся, спецназовцы уже закончили готовить позиции. Расположили тяжелое вооружение по первой линии обороны, на втором поставили автоматчиков, а снайперов убрали вглубь.
Конечно, готовься они к отражению врага с современным стрелковым оружием, я бы первым сказал, что это глупость. Они буквально превратили себя в мишени, которые можно без особого труда расстрелять издали. Но мы-то готовились отражать нападение диких зверей, так что подобная позиция была вполне оправдана.
— Это просто животные. — донесся снизу спокойный голос Германа. Видимо, он настраивал бойцов на бой, особенно тех, для кого этот прорыв был первым. — Очень сильные и злые, но всего лишь животные. Не скажу, что они тупые, но уж точно не умнее собаки или медведя. Демонами их называют на Западе, да в Америке, но это от недостатка воображения у тамошних обывателей.
Раздались короткие смешки. Судя по всему, спецназовцы не особенно и нервничали. Ну, в смысле, не больше, чем нервничают опытные солдаты перед боем. Паники точно не наблюдалось.
— Поэтому, не подпускайте их близко. На короткой дистанции они смертельно опасны. — продолжал телекинетик. — Обычных тварей можно убить любым оружием, но для некоторых нужен спецбоеприпас. Они крупнее других…
— Герман, я уже отдал необходимые распоряжения. — с укоризной буркнул командир спецназа.
Мол, не накаляй, и одно и тоже не крути. Это раздражает, и не добавляет боевого духа.
А когда сюда бежали, по пути перебрасываясь короткими фразами, разговор у нас шел другой. Не такой оптимистичный. То есть, Герман почти точно так же начал говорить, что твари — просто тупые животные, и грамотно построенную оборону не взломают. Но Маша ему возразила. Мол, сам же помнишь, что чем выше концентрация сыворотки, тем опаснее прорыв. И «демоны», которые из него набегают.
— А они сколько взорвали? — спросила она тогда. — Литров сорок-пятьдесят?
Да, как бы не больше. Столько мулов, такие тюки объемные. Даже, если предположить, что не вся их поклажа была забита препаратом ЭМ, а пожитками, чем-то экранирующим эту самую сыворотку — как-то же они дошли досюда, не создав прорыва — выходило что под сотню литров было.
Короче говоря, опытные сверхи сошлись на том, что такого раньше никогда не было, а значит нужно быть готовым ко всему. Вероятнее всего к тому, что будет больше тварей, на которых потребуется спецбоеприпас. Которого у нас было не слишком много.
Но с другой стороны — очень хорошо, что такой сильный прорыв произойдет так далеко от обжитых людьми мест. Никто, значит, не пострадает. Ну, кроме нас со спецназом, но у нас, мол, служба такая.
«Демоны» появились спустя десять минут после того, как командир спецназовцев доложил о завершении подготовки к обороне. Моя наблюдательная позиция позволила первым заметить их, а зрение — разглядеть во всех подробностях. Их было немного, всего пять особей, судя по всему разведчики более крупной стаи. Они остановились на месте нашего столкновения с контрабандистами, и принялись нюхать воздух и землю.
Это был не знакомый мне тип. В прошлый раз на меня напали твари, которых я окрестил, как «крокольвы» — невозможную помесь крокодила и льва. Сегодня перед нами был словно бы другой биологический вид.
С виду — обычные псы, особенно если издали смотреть. Чуть присмотришься — доберманы, даже окрас почти такой же. Еще ближе, и начинаются серьезные отличия. Первое, конечно, размер. На расстоянии сложно было точно понять, но не меньше ста-ста двадцати сантиметров в холке.
Затем морда. Она, можно сказать, была классической доберманской, только более крупной. И здоровенными клыками, которые не вмещались в узкую пасть и торчали наружу. Собачий нос был скрыт за костяным наростом с внушительного вида шипом. Такие же, только поменьше наросты шли у животин по хребту. А еще торчали из суставов передних лап.
Хвост у тварей тоже имелся. Не обрубок, как у доберманов, а полноценная пятая конечность, толстая, как у небольшого динозавра, при этом гибкая, как у кенгуру. На конце хвоста находилась небольшая булава с костяными шипами.
Некоторое время покрутившись среди трупов, два добермана устремились к ущелью, а остальные принялись грызть мертвые тела. За минуту, которая потребовалась разведчикам, чтобы добежать до места, где мы убили Белого Демона, три пса успели на части разорвать одного из носильщиков.
Действовали они не как животные. Я не большой знаток повадок зверей, но волчья, например, стая, не отправит группу разведчиков, которая потом тоже разделится на два отряда. И будут находится друг от друга так далеко, что атаковав первую, ты неизменно раскроешь свое положение для второй.
Когда один из двух псов сунулся в ущелье, мы ждали, что и второй последует за ним. Но тот остался на месте, увлеченно разрывая брюхо мертвого контрабандиста. При этом, иногда он поднимал голову и поглядывал на своего напарника, который не спеша трусил в сторону нашей позиции.
На дистанции около пятидесяти метров, снайпер, получив приказ от командира, пристрелил тварь. Одна обычная пуля в голову, и тело пса-переростка рухнуло на камни без признаков жизни.
То есть, умирали они, как и все другие живые существа. Крупнокалиберная пуля без всяких сложностей пробила голову монстра, выйдя где-то в районе загривка. Это было хорошо. А вот то, что его товарищ, перекусывающий контрабандистом, тут же навострил уши и бросился прочь — плохо.