Герона, опять же, никогда не беспокоила судьба его расы.
Он смотрел в будущее и прекрасно понимал, что, если не будет серьёзных реформ — а пока его отец находится у власти их разумеется не будет, — подобная империя распадётся в ту же секунду, когда остановится сердце её Императора.
Но всё это были дела грядущие. Будет хорошо, если он и его сестра смогут хотя бы несколько лет прожить в относительной безопасности.
Именно это желание заставляло его работать с таким бешеным упорством.
Однажды вечером, накануне великого праздника в дверь Герона постучали. Последний в этот момент читал письмо, которое доставил один из его многочисленных шпионов. Юноша отложил пергамент в сторону и сказал:
— Ты стала стучаться?
— Ты всегда об этом просишь. Я и решила попробовать, — ответила Гера, медленно приоткрывая дверь…
Глава 28
NTR
А теперь следует сделать шаг назад и поговорить про инцест и его культурное значение.
Пластина архивировала не только историю, но и культуру каждого конкретного народа, а также отношение последней к определённым физиологическим или общественным явлениям. Так, например, с её помощью можно было прочитать о том, что разные эльфийские народы думали про мужеложство на разных этапах развития своей культуры.
Его осуждали.
В то же время люди относились к нему скорее нейтрально, а ведьмы и вовсе поддерживали… Вернее сказать, они поддерживали отношения между ведьмой и другой ведьмой, которые считали особенно благородными.
В свою очередь инцест представлял собой несколько иную тему. Его эльфы считали нормальным на всех этапах развития своей культуры. Причины тому были физиологические. Александр в своё время сделал их имунными ко всем дурным последствиям кровосмешения. Собственно, первая свадьба, с которой и начался институт брака в эльфийском, а в последствии, за счёт культурного влияния, и человеческом общества произошла между братом и сестрой. Между Мирой и Тараном, которые были наследниками Нара.
Другие народы, однако, довольно быстро заметили, что подобного рода «семейные» связи приводят к не самым благоприятным результатам. Вскоре они превратились в Табу, а те, в свою очередь, довольно часто сохраняют влияние на культурный код даже после исчезновения своей фактической причины.
Запреты пускают глубокие корни в человеческий менталитет, и много лет спустя, когда впервые появились орки женского пола, на связи между родственниками уже смотрели с определённым осуждением.
Даже великая катастрофа лишь немного поколебала силу этого запрета, а потому, если бы простому орку захотелось жениться на своей сестре, на него смотрели бы с предельным осуждением.
…Но Гурен, Небесный Патриарх Бешеного грома, был вовсе не простым орком. Он был силён, а сила в новоявленном обществе позволяла делать всё что угодно. Именно поэтому, когда во время великого банкета в честь скорого обретения своей дочерью силы Мастера Боевых искусств он заявил на глазах сотен воинов и тысяч рабов, что собирается взять её, Геру, в жёны, чтобы она произвела ему сильное потомство, никто не посмел сказать и слова против.
Собравшиеся смиренно вскинули бокалы, полные вина и звериной крови, и стали чествовать могучую династию своего Великого патриарха…
Герона не было на том банкете. По своему обыкновению он сказался больным и просил себя не беспокоить. На самом же деле он старался придумать план, чтобы сдержать армию коалиции. Именно поэтому к тому моменту, когда шпионы доложили ему обо всём произошедшем, его сестра уже сидела в темницы.
Она попыталась сбежать в тот самый момент, когда Гурен заявил о своём намерении. Девушка обладала необычайной силой и верно смогла бы одолеть любого, но против неё выступил один из Небесных Патриархов. Причём даже среди них Бешеный гром считался одним из сильнейших. Он схватил её и посадил в кандалы, пока прочие орки, старательно ничего не замечая, орошали свои кубки.
Что именно он собирался с нею сделать?
При мысли об этом Герона пронзила дрожь. И снова, как после вчерашнего поцелуя его заострённый разум накрыли вихри плотного тумана. Он провёл в забытье неизвестное количество времени, и когда пришёл в себе, гробовую тишину за окном уже прорезали голоса многочисленных птиц.
Нужно что-нибудь придумать, рассеянно подумал Герон, и в этот же момент в его дверь раздался оглушительный стук, который едва снова не сорвал её с петель. Он сразу узнал, кто именно стучал, после чего его тело самостоятельно приподнялось на ноги и согнулось в поклоне.
Дверь открылась.
На пороге появился рослый орк с грубой зелёной кожей, которое вдоль и поперёк покрывали многочисленные шрамы.
— Приветствую, отец, — смиренно проговорил Герон.
Патриарх Бешеного грома с пренебрежительным раздражением посмотрел на своего сына и сказал:
— Весь день ты сидел в своей норе, как крыса. Ты слышал, что вчера случилось?
— Мне сказали.
— И что ты об этом думаешь?