— Мы не торгуемся, — повторил Спящий.
— Я тоже, — сухо ответил Волк. — Вы либо принимаете моё предложение, либо нет.
Пир постоял некоторое время, затем щёлкнул пальцами, и в следующую секунду через дверь прошёл другой, совершенно непримечательный Спящий, одетый в просторную белую тогу, в руках у которого была каменная табличка.
— Камень — крепкий материал, — сказал Пир. — Ему можно доверять больше бумаги. Контракт написан на языке эльфов. Есть и другая копия, написанная на языке ушастого народа, и третья, для которой мы использовали собственную речь, которая представляет собой амальгам из той и другой, и наречия драконов… Чем больше версий, тем крепче становится фундамент. Тем более нерушим «Порядок».
Волк прочитал условия контракта, затем спросил:
— Вы сможете открыть портал через сотню лет?
— Нет.
— Почему? — прищурился Волк.
— Порталы нестабильны… изменчивы… Беспорядочны… Мы пришли к вам с предложением лишь потому, что у нас появился подходящий товар… Подходящий портал. Мы гарантируем его работу сейчас… Мы гарантируем его работу в ближайшие годы. Больше ничего гарантировать мы не сможем.
— Ваше величество, — меж тем добавил Тархун. — Если только мои прогнозы верны, люди развиваются стремительными темпами. Я не знаю и не смею знать, чем вызвано ваше желание подождать ещё семьдесят лет, но после этого срока наше ожидание может ещё сильнее затянуться. Я не смею советовать, но… — мужчина улыбнулся, поглаживая свою косматую бороду.
Волк молчал. Трещина у него на сердце стала шире и глубже. Снова он стоял на перепутье. В одно мгновение перед ним пронеслись все образы, которые он видел за последние шесть лет, словно страницы фотоальбома: сперва чёрно-белые, затем желтые, с посягательством на цвет… А затем вспыхнуло пламя, яркий свет. В нём стояла девушка с белоснежными волосами и улыбалась зубастой улыбкой.
— Люди… Хитрые ублюдки.
…Волк сжал кулаки.
Глава 20
Сделка
Волк стоял на перепутье. С виду он был совершенно спокоен, и в то же время на сердце у него гремела буря. Он задумался. Сосредоточился. Для демона подобного рода разлад в намерениях представлял собой великую опасность. Их души, даже слитые воедино, всё равно представляли собой беспорядочное сплетение духовной энергии. Внутри демона должна быть некая сила, характер, воля, направление, которое сцепляло бы их воедино.
Поэтому многие демоны на первый взгляд могли показаться довольно… Простыми. Как дети. Ужасные плотоядные дети. У них не было душевных терзаний. Не было рефлексии. Всё это было для них вредным. Они предпочитали действовать быстро и стремительно, как животные. Демоны бывали хитрые, разумеется, но эта хитрость всегда была целенаправленной. Если демона одолевали сомнения, если он не мог принять некое решение, для него это состояние было страшнее самой ужасной человеческой болезни.
В своё время именно страшное желание мести было той силой, которая позволила Волку поглотить душу Маргариты. И теперь он усомнился в своём желании. Он был достаточно силён, чтобы сомнение не представляло для него сиюминутную опасность, и всё же это была трещина в самом фундаменте его бытия. Трещина, которая, если только позволить ей расти, могла привести к общему разладу всей структуры.
Волк сомневался.
И вдруг в недрах его души появился незримый образ.
Лес. Ночь. Девушка с волосами цвета чернил, которые развиваются на ветру.
Глаза Дочери волка отразили звёздное небо, затем землю у неё под ногами:
—…Хм. Пускай, — она приподняла свою белую руку, и тотчас на её ладони появился маленький красный огонёк, который немедленно принял очертания старого фотоальбома в обложке из голубой атласной бумаги. Дунул ветер, альбом открылся, и страницы его стали стремительно листаться; вдруг из темноты в ногах девушки возникла чёрная шкатулка. Дочь Волка положила альбом внутрь и медленно закрыла древком своего копья.
— Пускай, — повторила она, и шкатулка медленно погрузилась под землю, а вместе с ней весь мир накрыл непроницаемый мрак, который немедленно отразился в глазах Волка.
Последний снова посмотрел на каменную табличку у себя в руках, затем на Спящего по имени Пир, который дожидался его ответа.
— Пускай, — сказал Волк сухим голосом. — Мы согласны.
— Пускай, — повторил Пир. — Оставь свою роспись, Чёрный император.
Волк щёлкнул пальцами. Выступила кровь. Он пометил внизу таблички, после чего та перелетела в руки Пира. Последний, не читая, положил её на стол у себя за спиной и сказал:
— Дорога будет готова… через три недели. Нам нужно проложить маршрут. Плату мы будем взымать по мере работы.
— Хорошо, — сказал Волк.
— Я отправлю наблюдателей проследить за исполнением нашего договора, — прибавил Тархун.