Она спросила его, какой нынче год, как поживает Мар, и поливают ли цветы в запретном садике. Пока Ниро отвечал на все эти вопросы, внутри него закипали подозрения. Наконец, когда девушка о чём-то задумалась, он подгадал момент и спросил её имя:
— Мира, — ответила женщина. — Идём.
— Куда?
— Туда.
— …
…И с тех пор они были вместе. И Ниро уже несколько раз успел об этом пожалеть. Раньше он себя считал ленивым самодуром, но, как оказалось, ему было ой как далеко до своей пра-пра-пра… и так далее бабушки. Правду говорили эльфийские философы. Новые поколения во всём уступают передушим. Даже в самодурстве.
— Меня раздражают твои волосы, — вдруг заметила Мира.
— Почему?
— С ними ты слишком сильно на него похож. Хотя у тебя глупое лицо.
— И что мне сделать, ваше…
— Постригись.
— …
— Лучше на лысо.
— …
Ниро вздохнул, покачал головой и сказал:
— Он всё ещё следит за нами, — его взгляд тайно обратился на Ятагана.
— Заметила.
— Проучить его?
— Ты с ним не справишься.
— А вы?
— …Посмотрим, — ответила Мира и наклонила голову.
Ниро тихо улыбнулся…
Меж тем время шло неумолимо; всё больше мёртвых душ собиралось перед вратами. Однажды, когда толпа протянулась от горизонта до горизонта, ворота вдруг затрепетали, засияли пуще прежнего и стали стремительно открываться…
Глава 21. Туда
Врата вздрогнули и стали открываться. Всё происходило чрезвычайно стремительно. Просто в один момент каменные своды раздвинулись, и на толпу из нескольких сотен тысяч душ стал разливаться яркий бело-голубоватый свет; люди, эльфы, кролики… Все они обомлели, с трепетом наблюдая за этим сиянием… Оно было цвета ясного, утреннего неба. Ох, как давно они не видели такой красоты! Если бы у мертвецов были сердца, они бы в этот момент сжались горестно и сладко…
Никто ничего не говорил; великая толпа в полной тишине наблюдала за таинственным свечением, как вдруг загрохотал механический голос:
— Печать разрушена… Врата Уперрхейма открыты… Войди, о, храбрая душа, но помни, — это путь в один конец…
Войди, если готов отринуть всё мирское,
если не хочешь жизнь себе вернуть;
если готов ты бросить жребий,