Уже вскоре я услышал две пары лёгких женских ножек. Они возникли у меня за спиной с другой стороны фонтана, обошли его кругом и уже брели на выход, как вдруг одна из них заметила меня и вскрикнула:
— Ах! С сами всё в порядке?..
Я молча, в кровь, прикусил язык.
Девушки отпрянули. Затем одна из них попыталась приблизиться. Сперва я слышал её неровный шаг; затем почувствовал духи и тепло её тела, когда она протянула свою дрожащую ручку. Только она коснулась моего плеча кончиками пальцев, как я немедленно рухнул на бок и открыл рот — слюна и кровь закапали на землю.
— Кья! — вскрикнули девушки и бросились бежать.
На моих губах в это время держалась лёгкая улыбка.
Не прошло и десяти минут, как на тропинке зазвучали шуги. Показалась целая процессия из нескольких мужчин и женщин, которые держались у них за спинами и старательно, стоя на носочках, выглядывали меня через высокие плечи. Я и сам внимательно разглядывал их своими приоткрытыми и неподвижными глазами. Наконец мужчина в очках приблизился, присел на корточки и померял мой пульс; в ту же секунду лицо его стало мрачным. Он приподнялся, поправил воротник и сказал серьёзным голосом:
— Он мёртв.
Толпа зароптала.
— Убийство! — драматично воскликнул чей-то голос.
Шум усилился.
— Сомневаюсь, — быстро добавил мужчина в очках. — На его теле нет никаких признаков внешних повреждений. По всей видимости, он умер по естественным причинам.
— А что, если его отправили? — бойким голосом спросила молодая черноволосая девушка.
27. сработало
— А что, если его отправили? — бойким голосом спросила молодая черноволосая девушка.
И снова все заволновались.
— Вряд ли. От него совершенно не пахнет алкоголем.
— Но разве не могли подсыпать отраву в его окорок? Или куропатку? — предположил немного скрюченный старик.
— Нет, — сказал мужчина не очень громким, но уверенным голосом, предрекая приступ страха среди любителей куропатки. — Крепкая пища замедляет действие отравы. Тогда бы он физически не мог отравиться насмерть за столь короткий промежуток.
Лично мне эти доводы показались довольно надуманными, но на всех остальных, кроме, пожалуй, тех, кто действительно разбирался в отраве, но признаваться в этом разумеется не собирался, произвели впечатление; вскоре все успокоились и заключили, что причиной смерти неизвестного был инфаркт.
Хотя стойте, почему неизвестного? Ведь все собравшиеся были важные люди, лорды. Смерть любого из них была трагедией государственного масштаба. Следовало немедленно выяснить личность почившего!
— Кто это?
— Проверьте!
— Ох, только бы не лорд Бомонд… Мне кажется, у него был похожий костюм…
Мужчина поправил очки и снял с меня маску. Снова зашуршали юбки. Все стали протискиваться вперёд, стараясь посмотреть на моё лицо. Да только было темно, единственным источником света служили трепещущие фонари, и понять, кто я такой, было почти невозможно — в том числе потому, что меня никто не знал. Лу Леон был не лорд и не дворецкий, но обыкновенный шарлатан — однако прямо сейчас он представлял собой загадку.
— Кто это?
— Не знаю.
— Видите его лицо?
— Лорд Бомонд!
— Что?