— Они хотели божественного возмездия. Старейшины стали одержимы наказанием сестер за неповиновение. Они были в ярости из-за того, что ты каким-то образом сбежала из общины, и что жила там во грехе. — Она сделала глубокий, спокойный вдох.
— Они сказали, что Окаянные стали стыдом, позорным пятном Ордена: ты... Белла... Они сказали, что ваш род запятнан злом. Сказали: Сатана использовал тебя в качестве средства для искушения.
На этот раз я оцепенела. Мэдди. Она была моим родом. Они сочли, что она тоже средство нести в мир соблазн и грех?
Я прижала сестру еще крепче.
— Они сказали, им необходимо убедиться, что Мэдди не пойдет тем же путем... Так они должны сломить ее раз и навсегда. Изгнать ее демонов.
Мэдди начала безудержно плакать. Ее сердце колотилось напротив моего, ее грудь разрывалась от сильных рыданий.
— Они так жестко брали ее часами, пока она не потеряла сознание. Один за другим... иногда одновременно. Они заставили меня смотреть, но я ничего не могла сделать. Затем они обратили свое внимание на меня...
— Как часто? Как часто это происходило? — спросила я, крепко сжимая руку Лили, стараясь поддержать ее.
— Несколько раз в неделю... — Она уставилась вниз, в пол, затем снова подняла голову. — Каждую неделю, с тех пор как ты пропала. Это действительно было адом. Быть пойманными в ловушку этой комнаты, принимать, пока мы не начинали кровоточить, раз за разом. Мэй, мы не можем больше терпеть... Мы не можем продолжать жить так…
Мы прижались друг к другу, пока все слезы, которые можно было бы пролить, не были пролиты. В конце концов, Мэдди отодвинулась, чтобы сесть передо мной. Хотя ее рука осталась в моей. Мне кажется, что она вообще не отпустит ее.
— Где ты была, Мэй? — спросила Лила. — На что похож внешний мир?
С чего бы мне начать?
— Сестрички, там так, как вы и представить себе не можете — технологии, образ жизни людей. Это совсем, совсем иначе. Когда я ушла отсюда, старейшины нашли меня у самого заграждения.
Мэдди подпрыгнула и нахмурилась, и я погладила тыльную сторону ее ладони. Она успокоилась.
— Я только что перебралась по другую сторону забора, но не раньше, чем собака Гавриила напала на меня. У меня была сильно травмирована нога, но мне удалось бежать. Я побежала к краю леса и обнаружила проселочную дорогу. Внедорожник подобрал меня спустя какое-то время. Женщина-водитель, хорошая женщина, отвезла меня далеко-далеко.
— Что... что это такое внедорожник? — тихо спросила Мэдди. Я подарила ей маленькую улыбку.
— Это большой автомобиль, как автомобиль пророка, но намного больше. — Ее зеленые глаза расширились, и у Лили тоже, пока они пытались представить себе подобное. Я подумала, как они будут представлять мотоциклы, Харли и Чопперы Палачей. В тот момент я поняла, насколько убогой я должна была казаться Палачам, когда они нашли меня на территории, полагая, что я явилась из ада.
— А что потом? — поторопила Лила, желая услышать больше. Я представила себе, что для нее это звучит как вымышленная история.
Я вздрогнула и продолжила.
— Я истекала кровью... умирая, и я думала... — Мэдди ахнула, и ее руки начали дрожать. — Водитель внедорожника высадила меня на обочине дороги, и я нашла убежище в каком-то лагере. Следующая вещь, которую помню: я проснулась в незнакомой комнате, в одиночестве и смятении.
Я двинулась вперед и сжала их руки.
— Сестры, снаружи вовсе не зло, как нам говорили. Там полно удивительных вещей и хороших людей. Да, порой там опасно, подчас полно греха, но не больше, чем здесь. Я обрела новых друзей, осознала, кем действительно являюсь… и… я влюбилась.
На этот раз они обе громко выдохнули.
— Влюбилась? — усомнилась Мэдди, пребывая в шоке. Любовь была тем, что женщины не могли испытать здесь, в общине.
— Да, влюбилась. Это очень глубокая любовь с самым невероятным человеком. Он сильный, много заботится обо мне и защищает. Я была с ним все это время. Я люблю его так сильно, но...
— Но что? — Лила призвала меня продолжать, ее обычно сдержанное выражение лица ожило.
— Был еще один человек. Тот, который как я верила, был мне другом. — Я невесело засмеялась. — Глупая я, я не могла ошибаться сильнее…
— Это действительно так?
Я обернулась в направлении двери. Там стоял Райдер — нет, брат Каин. Райдер был ложью, уловкой, чтобы отвлечь Палачей от его реальной цели.
Райдер для меня умер.