— Возможности. Это самое главное, главный критерий силы. Вот есть понятие «всемогущества». Ты знаешь, что это такое? Попробуй дать определение.
Сюин пожала плечами:
— Возможность сделать все, что захочешь.
Даниил прищелкнул пальцами:
— Бинго! Все, что захочешь. И вот скажи мне, Сюин. Все они, те, кто следует принципам, о которых ты говоришь. Они делают именно то, чего захотят? Веймин делает то, что захочет? Его Величество делает то, что захочет?
Заклинательница попыталась было ответить, но он жестом остановил её, давая понять, что не закончил.
— Они идут на сделки с самими собой. Их корежит от поступков Цзао, но они снова и снова убеждают себя, что Цзао нужны им, что они опора трона. Они жертвуют людьми, окружавшими их с самого детства, и снова и снова убеждают себя, что жизни простонародья — ничто рядом с интересами заклинателей. Снова и снова они приносят в жертву собственные желания; это по-твоему сила?
Секунду Сюин молчала, переваривая услышанное — и сознавая, как близки к крамоле были его слова.
И сознавая, что его это не волнует вообще.
— Тогда в чем же, по-твоему, заключается настоящая сила? — спросила она.
— В согласии с самим собой, — уверенно ответил Дан, — Когда можешь позволить себе поступать так, как желаешь, и не идти на сделки со своими принципами. Когда можешь любить девушку, которая волнует твое сердце, и не думать, что должен жениться из политических соображений. Когда можешь позволить себе отнестись к мрази как к мрази и не думать, что эта мразь тебе понадобится. Когда можешь не пользоваться методами, которые вызывают у тебя омерзение, и все равно одержать победу, — только такого человека я могу назвать сильным.
— И ты считаешь себя таковым? — осведомилась Сюин. Не было понятно, согласна ли она или просто воздерживается от слов возражения.
Он пожал плечами:
— Я над этим работаю. Но все же, я думаю, вполне успешно. Я захотел потанцевать с тобой, и мы потанцевали. Я счел, что действия Цзао Тенгфея — не подвиг, а преступление, и я заставил его поплатиться.
Какое-то время они молчали.
— Ну, а ты сама? — осведомился Дан, — Чего хочешь ты? Чего ты хочешь, чего, как тебе кажется, не можешь себе позволить?
— Я хочу...
Сюин запнулась, а потом на ее губах появилась лукавая улыбка. Отстранившись от принца, она развернулась лицом к нему.
— Я хочу, чтобы мне не пришлось выходить замуж по велению Его Величества. Но при этом не за счет падения моего или моего клана. Ну как? Можешь этого добиться?
Она смотрела с вызовом. Но в ответ Дан лишь развел руками и широко ухмыльнулся:
— Твое желание услышано. И оно будет исполнено.
Эти слова прозвучали как торжественный удар гонга. И в тот же самый момент со стороны пиршественного зала послышался шум и крики. Сюин немедленно обернулась в ту сторону:
— Что там происходит? — спросила она.
Но тут ее повело в сторону, и она упала бы, если бы Дан не подхватил её в объятия. Однако, она успела заметить выходящий из окон туман.
— Что... — язык ее заплетался, и закончить фразу она не смогла.
Дан прижал палец к её губам.
— Тихо. Не кричи и не дергайся. Сейчас ты уснешь. В вине было сонное зелье.
— Почему... — начала было Сюин, но глаза её уже закрывались.
А Дан уже свистом подзывал коня, которого не могла удержать обычная конюшня.
— Это часть плана.