- Ступайте на восток, в поселение Пильцгрок, в лавку Залевáра, я всё продал ему, прошу, никому не говорите обо мне, иначе мне перережут горло! - взмалил торговец, припав на колени.
- Что бы там не натворил, нам нет дела до ваших торговых перепалок, так что спи спокойно! - грозно произнёс Скогур и, запихав мужчину обратно в дом, захлопнул дверь.
- Как долго добираться до этого поселения? - поинтересовался Фрост.
- На лошадях полдня пути, так что лучше отправимся утром - предложил Огильд.
- Полностью согласен, бродить по ночным полям в этих местах я бы и за мешок золота не стал, - заявил Скогур. Недолго думая, путники немедленно двинулись в таверну. Всю оставшуюся ночь Фрост, переворачиваясь с бока на бок, пытался уснуть, но из-за надоедливой громкой музыки, ему это так и не удалось сделать. Скогур же, едва опустившись в постель, тут же захрапел, а Огильд до самого утра размышлял о неожиданной встрече с Филинией, то и дело доставая из кармана одревесневший коготь дрэксора и пристально рассматривая его. Как только запели петухи, путники одолжили лошадей и отправились на восток, через ясеневые и кленовые леса, в поселение Пильцгрок, располагавшееся на высоком холме, посреди засеянных злаками полей. Селение было обнесено изгородью из заострённых дощечек. Соломенно-жёлтый деревянный козырёк главных ворот можно было заметить невооружённым глазом.
В полдень в поселении было тихо, как на кладбище. «Дела делами, а трудом сыт не будешь» - как говори местные. Поэтому заплатив за проезд назойливому толстому стражнику, покой которого якобы потревожили в обеденное время, путники беспрепятственно достигли лавки Залевара. Окна были плотно затянуты чёрными шторками. В лавке царил пропитанный эфирными маслами полумрак, разгоняемой тусклыми языками свеч.
- Живой, кто-нибудь есть? - постучав по столу, поинтересовался Огильд. В задней комнате раздался грохот от падающих глиняных горшков, следом послышались упрёки и ругательства. Через несколько секунд, едва не запутавшись в занавеси, вышел невысокий худой бородатый мужчина в зелёном бархатном платье с длинными рукавами и полой.
- Чего вам надо? - капризно спросил он, выпуская из трубки густой синеватый пряный дым.
- Кхе, кхе, вы могли бы не дымить на меня этой гадостью, - попросил Фрост, отвернувшись и прикрыв нос ладонью. Старик обиженно нахмурил брови, но тут же сделал вид, что пропустил эти слова мимо ушей.
- Вы так и будете молчать, и чего это так странно на меня смотрите? - удивился Залевар.
- А прищепки на бороде вам зачем? - едва сдерживая смех, спросил Скогур, - да и шапка у вас какая-то дурацкая.
- Это не шапка вовсе, а колпак! - поправил Залевар, заботливо поправляя его. - Он, между прочим, от головных болей полезен, - уверенно заявил лавочник.
- А прищепки от зубной, или чтобы борода не отпала? - не унимался Скогур. Залевар покачал головой в стороны, затем снял одну прищепку и, улыбнувшись, прицепил её здоровяку на нос.
- Дружище, прекрати уже, - сквозь смех, попросил Огильд. За это лавочник и ему нацепил прищепку на нос. Потом резко сорвал их и выкинул на пол.
- У меня нет на вас времени, говорите, чего вам надо и убирайтесь! - раздражённо потребовал старик.
- Радовестник нам нужен, букет, - сказал Криольд. - Этого хватит? - спросил он, положив на прилавок кусочек дракселита. Морщинистые костяные пальцы медленно невольно потянулись к редкому металлу, а глаза Залевара заискрились искушением. Скогур опустил ладонь на дракселит и подтянул его поближе к себе.
- Я думаю, этот камешек стоит больше, чем один букет, - намекнул здоровяк.
- Могу дать два за такой небольшой кусочек, - ответил старик, продолжая тянуть руку.
- Три.
- Два и бурдюк с медовухой.
- Два букета и ещё один бурдюк для моего друга.
- Согласен, - обрадовался Залевар и поспешил получить свою заветную плату.
- Сними этот дурацкий колпак, всем по боку твоя лысина, - усмехнулся Скогур, собираясь уходить.
- Проветрите тут, задохнуться можно, - посоветовал, выходя на свежий воздух, Фрост.
- Дверью не хлопайте! - прокричал вслед старик, безотрывно любуясь кусочком дракселита, упоённо водя пальцами по каждому его неровному изгибу.
Не теряя ни минуты, путники отправились в обратную дорогу. К следующему вечеру они благополучно вернулись в деревню, из которой вышли. В это время тучи загромоздили своей необъятной зыбкой чернотой раскаленный небосвод. Вскоре хлынул дождь, а по небу пронёсся гулкий громовой раскат.
- Я достал радовестник, как Эрабор? - произнёс беспокойно Фрост, едва забежав в дом лекарки. Король сразу же направился к кровати, где лежал больной. Он был без сознания и больше походил на мёртвого, чем на живого.
- Вы вовремя подоспели, его сердце едва бьётся, - сообщила Айсэль. - Я немедленно начну готовить отвар, - решительно заявила она. Фрост одобрительно посмотрел на неё и, не сказав ни слова, отдал радовестник, а после удручённо опустился на стул и начал шептать молитву. Через некоторое время лекарка принесла остужённый отвар и начала вливать его мелкими порциями онемевшему больному в рот.
- Это точно его поднимет на ноги? - тревожился Форас.
- Точнее некуда, - ответила Айсэль. Внезапно пальцы Эрабора дрогнули.