Зов Сатера (Новеллы): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как-то меня вызвали быть присяжным на одном деле, где судили ребёнка. Его зовут П, вырос в глухой деревушке, мать алкоголичка у которой ещё пятеро детей помимо П. Отец сидел в тюрьме за убийство, и двое старших сыновей по той же причине находились в местах не столь отдалённых. С раннего детства, мать П заставляла убивать уток, у них было своё хозяйство, но не очень большое. Оно состояло из нескольких десятков кур и гусей. П ловил гусей и голыми руками отрывал их головы. Через некоторое время он начал убивать кошек и собак. Раздирая их на части, срывая шкуру с живых животных, вытаскивая кишки и отрезая головы. Для него это казалось забавой. Ему было вообще не жаль живых существ, он даже не понимал, что они могут что-то чувствовать. Первый привод в полицию был в 8 лет из-за того, что он разрезал на куски кошку своей соседки. Ему сделали небольшой выговор и заставили проходить полугодовое обследование в психоневрологическом диспансере. Уходя, от психиатра домой, он срывал злость на бездомных собаках. Брал нож из дома и шёл их убивать. Отрезал головы, лапы, сдирал шкуру, вытаскивал внутренности и игрался с органами. Психотерапия ему не помогла. В 10 лет он играл со своим другом в заброшенном доме. К ним подошёл ещё один знакомый мальчик. П с его другом сначала избили малыша. После, П взял грязную верёвку, что валялась где-то в углу дома и начал душить избитого малыша. Когда мальчик умер, они спрятали его тело в пластмассовой бочке и закрыли крышкой. Выйдя из дома, их встретила женщина, которая была матерью убитого малыша, и спросила:

— Мальчики, вы не видели Сёму? Его уже три часа нет, а он обещал вернуться в восемь вечера.

На что П ответил:

— Он в лесу гуляет, — после чего залился смехом с его подельником.

Мать ушла в лес в недоумении от смеха детей, но не стала обращать внимания. Через два дня труп обнаружила полиция, а через месяц состоялся суд, на котором П сделали очередной устный выговор, т. к. его нельзя посадить из-за несовершеннолетия и заставили семью П выплатить штраф в размере 200 000 рублей для матери-одиночки убитого мальчика.

Когда я был присяжным, он сидел на скамье прямо напротив меня, ему было 11 лет и он убил ещё одного ребёнка — девочку. П играл около болота и увидел маленькую девочку (которая гуляла в одиночестве, недалеко от своего дома), ей было семь лет. Он подошёл к ней, взял за руку, та сопротивлялась, но он утащил её в болото по колено. После чего ударил несколько раз по лицу, погрузил её голову под воду и начал держать в таком положении, пока девочка не скончалась. В том болоте он её и оставил.

Он говорит, что просто играл и не понимал, что делает. Какой же отвратительный человек. Семья П наняла дешёвого адвокатишку, который так оправдывал его злодеяния:

— Это всего лишь ребёнок, а дети цветы жизни. В детстве никто не понимает, что он делает и поэтому мы не должны быть так строги в вынесении приговора маленькому ребёнку. Дети не могут быть виновными априори, т. к. дети невинны.

Скажи это родителям убитых детей, которых убил этот маленький ублюдок. Ненавижу адвокатов всей душой. Эти твари будут защищать любого убийцу и насильника, лишь бы им платили.

В этот раз его семью заставили выплатить 500 000 рублей для семьи потерявшей дочь и на этом всё. В суде я слышал, как родственники убитой девочки говорили о мести. О том, что они убьют мелкого засранца, лишившего их любимой дочери, но эти слова остались только словами, а значит ничем. Люди довольно слабые по своей натуре, им так сложно решиться на отмщение, даже после того, как они потеряли дорогого человека, которого убило какое-то ничтожество, которое не должно существовать.

Спустя год, после суда, П и его семья переехали в город. После этого, я слышал, что он обзавёлся семьёй в двадцать два года. В двадцать три у него родилась дочь, и он нашёл работу, где-то на заводе. Но что делать тем людям, которые лишились родных? Почему закон измеряет людей не по поступкам, а по возрасту? И почему нет справедливости в этом мире? Может потому что справедливости никогда и не было.

Купол

Мы живём в закрытом городе вот уже три года и шесть месяцев. Город закрыт прозрачным куполом, и мы не можем выехать за его пределы. Всё началось с того, что произошла утечка какого-то химического материала, после чего весь город окружили военные и вели себя, как надзорщики. Им был дан приказ не выпускать никого за пределы города. После этого, сотни вертолётов притащили этот чёртов купол и опустили его, закрыв все дороги. Но перед этим все станции метро залили цементом, чтобы из жителей никто не смог уехать. Нашим соседям повезло, они уехали за два дня до того, как произошла утечка. У нас отобрали всю связь: телефоны, интернет и даже письма не имеем право послать.

Два года назад, началась эпидемия. На окраине люди начали мутировать. У них стали пропадать волосы на всём теле, глаза стали более выпуклые, ушные раковины отпадали, как и ногти, а цвет кожи становился серо-зелёным. Военные, которые находились внутри купола и контролировали нас, забирали этих людей в лабораторию, где изучали эти мутации. Нам сказали, что эти мутации не должны проявиться у всех, они появятся только у тех, кто контактировал с химикатами. Мутировавших людей, после исследований поселили в их старые дома обитания, т. к. врачи сказали, что они не заразны и мутацию нельзя подхватить от контакта с мутировавшими. И вот уже полтора года мы живём бок о бок, с этими серо-зелёными существами.

Три дня назад мой цвет кожи начал меняться и меня это беспокоит. Я пошла к военным и сообщила об этом. Они отправили меня в лабораторию, где мне дали препарат, который должен был предотвратить мутацию, но как я его начала принимать мне становится только хуже.

Спустя две недели, я стала похожа на тех мутировавших существ. Я перестала смотреться в зеркало и мой муж с презрением смотрит на меня.

Я снова обратилась к военным, и они увезли меня в лабораторию. Там меня продержали около недели, пичкая различными таблетками. Потом меня вернули домой, и каждую ночь я спала в гостиной, чтобы не пугать своего мужа. Через пару дней он съехал к моей знакомой и написал записку, в которой объяснил, что не может любить такое ужасное существо, каким я стала.

Через месяц, ко мне ночью ворвались военные и забрали в место, где находились все мутировавшие люди. Нам объяснили, что всех заражённых нужно было срочно изолировать от людей, но не сказали почему. Каждые полчаса входили вооружённые военные и забирали по 8 человек. Наступила моя очередь. Нас повели в здание, где находилась лаборатория, только она находилась на втором этаже, а нас привели на третий. Нас остановили и заставили раздеться догола, после чего мы проследовали в один из кабинетов. В кабинете было 8 кушеток, а рядом с ними какие-то аппараты, из которых торчали десятки маленьких трубочек. Каждого из нас уложили на кушетки и привязали. В каждое из моих отверстий в теле ввели по одной трубке, далее через трубки, в моё тело начала вливаться какая-то синяя жидкость, от которой хотелось блевать. Когда вся жидкость была влита в меня, с моим сознанием начало происходить что-то странное. Всё вокруг кружилось, я испражнилась прямо на кушетку, а потом меня стошнило, после чего всё начало темнеть и я отключалась на некоторые промежутки времени. Я посмотрела направо и увидела, как одного из подопытных начало трясти, он пытался вырваться и орал, как зверь. К нему подошёл солдат и выстрелил в голову. Страх пробудился во мне. Я испугалась, что и меня сейчас могут убить. Голова закружилась ещё больше, и я отключилась.

Очнулась я в чьём-то доме, лёжа на картонной коробке. Вокруг был беспорядок и валялся один лишь мусор, там не было даже намёка на мебель. Я вышла из дома и очутилась в шахте, которую освящали сотни фонарей, а вокруг были одни мутировавшие. Некоторые катали тележки, а другие копали землю. Я почувствовала удар сзади. Это был солдат, который сказал, чтобы я приступала к работе. Я ответила, что не понимаю, где я и что тут происходит. Он схватил меня за волосы и отвёл к ближайшей куче земли, дал лопату, навёл на меня оружие и сказал: «Копай, а не то получишь пулю». Я стала копать, и через несколько десятков минут солдат оставил меня. Ко мне подвозили тележки другие мутировавшие и я грузила на них землю, а те в свою очередь везли тележки куда-то за край моего обзора. Я переговорила с одним из тех, кто возил тележки. Он сказал, что та утечка химикатов не была случайной. Это подстроило правительство, чтобы сделать неугодных обществу людей, которых можно будет изолировать и эксплуатировать, как рабов. Через несколько месяцев, я очень похудела, т. к. давали очень мало еды, и я стала работать медленнее. Это не понравилось надзирателям. Один из них подошёл и начал избивать меня лопатой, после чего направил автомат на меня и сказал: «Вот, что будет с теми, кто не хочет работать».

Прозвучал выстрел, который оглушил всех, кто находился рядом. Рабы оглянулись на сцену убийства и с испуганным видом стали быстрее копать и возить телеги.

Прогулка Мизантропа

Сейчас 30 градусов по цельсию, а он ходит в костюме тигра и раздаёт листовки, вот неудачник. Как нужно себя не уважать, чтобы находиться на такой паршивой работе? А вот стоит какая-то крашеная дрянь — блондинка и носом воротит от всех. Мерзкая личность.

А с тобой, что не так? Что ты смеёшься со своим парнем, при этом смотря на меня? Твари поганые! У меня волосы растрёпаны потому что мне насрать на вас, а ещё, потому что я жмот и мне жаль денег на стрижку. Козлы.

Пройдя в парк, я решил пофотографировать деревья. Идёт пара и пялится на меня, как будто я с другой планеты! Ни разу не видели человека, который восхищается обычной елью на солнцепёке? Ничтожества!

Я иду очень медленно, наслаждаясь прекрасной августовской жарой, а они все спешат, как сраные муравьи, бегущие к упавшему на землю пирогу. Куда вы спешите? Оглянитесь, взгляните на небо, какие прекрасные облака и какое синее небо! Лето — это маленькая жизнь и летом нужно наслаждаться, каждой секундой. Люблю лето.

Подойдя к фонтану, я засмотрелся на детишек, что так радостно бегают и брызгают водой друг в друга. Им весело, я бы тоже хотел побегать под струями воды, но я боюсь, что телефон и фотоаппарат промокнут, поэтому обойду их подальше, чтобы не забрызгали меня.

Иду к остановке, и навстречу мне идёт девушка. Посмотрев на меня, она засмеялась. Да, у меня торчат волосы, я в курсе, спасибо. Приду домой и коротко подстригусь, а то торчат в разные стороны. Каждый раз перед выходом приходится причёсывать свои непослушные волосы, на это уходит по минут 10, но всё равно потом они растреплются так, как будто бы я только что проснулся.

Вот и остановка, а около неё стоят два негра. В нашем городе мало чернокожих, поэтому на них постоянно все пялятся. А я иду медленно и думаю о своём, мне нет дела до чернокожих. Не буду на них смотреть, пускай думают, что я не такой, как все. Пусть думают, что я культурнее, чем все те плебеи, которые окружают меня.

Присев на скамейку, я стал смотреть на людей, которые так же ждали свой автобус. Те, кто стояли одни — слушали музыку в наушниках, один мужчина читал книгу, что очень похвально, но он хочет этим принизить всех. Типа, смотрите какой я, у меня есть книга, я умею читать, а вы все говно! Назло этому мужику, я достал томик Байрона и открыл на случайной странице, пусть видит, что он не особенный. Те, кто стояли парами, без умолку болтали о всяком несущественном и заурядном, о мирском одним словом. Как же они скучны. Стоят две подруги, подъезжает автобус, они прощаются, целуясь в щёку, и одна из них уезжает. Вторая остаётся одна, взгляд её мгновенно тухнет, ведь она снова осталась одна, наедине со своими мыслями о будущем, прошлом и страхами, что так хорошо скрываются, когда ты отвлечён чем-то или кем-то. Но не прошло и минуты, как она достала наушники и погрузилась в музыку. Эти ничтожества боятся себя, им скучно с самими собой. У них нет фантазии, они посредственности, что живут посредственную жизнь, такую же, как и у всех: работа, друзья, дом, семья, смерть. Отличная перспектива, если ты насекомое. Люди, как музыка, литература и кинематограф — это отвлекающие проявления реальности, чтобы ты не задумывался о смерти и о том, что жизнь эфемерна. Куда важнее думать о том, что ты отдал машину в ремонт и о том, что нужно купить молоко, чтобы жена не устроила очередной скандал.

Рядом со мной сели два ребёнка (мальчик и девочка), которые мгновенно сказали, что очень воняет потом. Я не пользуюсь дезодорантами, от меня действительно воняет, ведь на улице жара и это естественно. Я даже подмышки не брею, потому что просто забываю об этом, да и для кого мне их брить? У меня никого нет, а на остальных мне насрать. О, мой автобус.