– Погнался все-таки старый монах за нами, но ты не бойся, закрой глаза и не оглядывайся, пока не скажу. Я и одна с ним справлюсь.
Сказала так красавица, вытащила волшебный меч. В тот же миг ударил гром, засвистел ветер, зашумел ливень. Страшный крик потряс все вокруг. Вслед за тем наступила тишина. Приказала тут женщина Чжу-цзы глаза открыть. Смотрит юноша – они с красавицей на твердой земле стоят. А у их ног лежит обезглавленный оборотень.
Небесный барабан[52]
Жил в Небесном дворце шэньсянь – бессмертный старец, и было у него семь дочерей, все уже взрослые. Самой младшей восемнадцать сравнялось. Отец очень боялся, как бы девушки не стали думать о земной жизни, а пуще того боялся, как бы они не нашли себе женихов в мире людей. Потому-то держал их старик в строгости, не велел им гулять, не велел развлекаться, и сидели они, бедненькие, во дворце, смертной скукой мучились.
Звали младшую дочь Ци-цзе[53]. Уж очень хороша была собой девушка. И вот однажды, когда Ци-цзе отдыхала в своих покоях, ее слуха коснулись прекрасные звуки флейты, они доносились в Небесный дворец из мира людей. Флейта пела так сладко, что Ци-цзе невольно заслушалась. Ей не терпелось узнать, кто это играет, и вместе с пятнистым оленем, который прислуживал ей, она тихонько вышла из дворцовых покоев посмотреть сквозь облака на землю.
Стояла весна. В мире людей наливались пурпуром персики, зеленели ивы. Парами летали ласточки. Молодые супруги пропалывали поле зеленой пшеницы, пели песни. Зависть взяла Ци-цзе.
Повернулась Ци-цзе в ту сторону, откуда доносились звуки флейты, смотрит – молодой крепкий юноша сидит под развесистой ивой, на флейте играет. Глядит на него девушка, глаз отвести не может. Глядела, глядела и влюбилась.
Догадался олень, о чем его хозяйка думает, и говорит ей на ушко:
– Ты посмотри, Ци-цзе, как хорошо у людей! Вот бы спуститься к ним погулять!
Ци-цзе только головой кивнула.
А олень опять за свое:
– Видишь, юноша играет на флейте? Уж до того трудолюбив! С рассвета до темна косит в горах траву! По нраву он тебе?
Покраснела Ци-цзе от стыда, а сама кивнула оленю головой и говорит:
– По нраву-то по нраву, только неизвестно, хороший он человек или дурной.
– Я вмиг это узнаю, хочешь, вниз спущусь?
Согласилась девушка, и олень стал потихоньку спускаться на землю.
Юношу, который под ивой сидел и на флейте играл, звали Ван Сань. Был он круглым сиротой, косил траву, тем и жил.
Кончил Ван Сань играть, поднялся, взял косу и только хотел за работу приняться, как вдруг видит – олень к нему бежит по дороге. Подбежал олень к Ван Саню, подогнул передние ноги, поклонился и стал просить:
– Спаси меня, братец косарь! Спрячь поскорее! За мною волк гонится!
Спрятал Ван Сань оленя в копну, а сам на дерево залез. В тот же миг волк появился. Подбежал волк к дереву, запыхался весь и спрашивает Ван Саня:
– Не видел ты, не пробегал олень по дороге?
Махнул Ван Сань рукой на запад и отвечает:
– Видел, он вон куда убежал.
Услышал это волк и помчался дальше, на запад.
Вылез тут олень из копны и давай благодарить Ван Саня. Потом спросил, велика ли у юноши семья.
Вздохнул Ван Сань и отвечает:
– Эх, один я на белом свете. Один ложусь, один встаю.
Спрашивает его олень:
– Отчего же тогда не приведешь в дом жену?
Отвечает юноша:
[52] Небесный барабан. – Из кн. «Барабан, сотрясающий небо».
[53] Ци-цзе – букв.: седьмая дочь.