— Как будто он когда-нибудь поверит, что мы были друзьями.
— Ты выходила на улицу, чтобы поговорить со мной каждый вечер, не потому что хотела, чтобы я был твоим другом.
— Не веди себя так, будто знаешь, чего я от тебя хотела, — раздраженно выплевываю я в ответ. — Ты, не задумываясь, бросил меня, и до сих пор не признаешься, почему ушел. Не похоже, чтобы тебя заинтересовал ребенок. Ты был на пути в колледж, а теперь посмотри на себя, — я протягиваю руку, чтобы полюбоваться его телом. — В тебя влюбляется множество женщин, и почему бы им этого не делать?
Итан сверкает одной из своих «снимай-штанишки» ухмылок, от которых даже у меня нет иммунитета после стольких лет.
— Если бы все было по-другому, я бы подождал, пока ты подрастешь, — он отступает от меня и берет бритву с раковины. — Я не двинулся дальше. У меня были свои причины вернуться в Бостон.
Я прислоняюсь спиной к стене и смотрю на него, сложив руки на груди:
— Неважно. Ты не обязан мне ничего объяснять. Мы были просто двумя детьми, которым нужно было с кем-то поговорить о нашей дерьмовой жизни.
— И теперь ты ненавидишь меня, и все потому, что я ушел, — он произносит это скорее как утверждение.
Я киваю в знак согласия.
Итан намазывает лицо кремом для бритья, поглядывая на меня краем глаза:
— Ты ненавидишь меня не по той причине.
— Меня больше не волнует прошлое, — я вынимаю зубную щетку из держателя и подталкиваю Итана бедром, чтобы он поделился со мной раковиной. — Мне нужно идти на работу, пока я не осталась без дерьмовой квартиры, в которой ты мог бы переночевать.
Итан проводит бритвой по своей челюсти, все еще не сводя с меня глаз. Я бы хотела, чтобы он перестал смотреть на меня. От его пристального взгляда по моей коже пробегают крошечные мурашки, в груди зарождается странное чувство. И между ног.
Я хочу задать ему так много вопросов. Но какой в этом смысл? Мой брат до сих пор понятия не имеет, что мы встречались на заднем дворе моих родителей. Мы годами разыгрывали перед Уиллом спектакль о том, что ненавидим друг друга. Зачем останавливаться сейчас?
Он бреется, а я чищу зубы, и все это время мы разглядываем друг друга в зеркале. Электричество, которое пульсирует между нами, обжигает мою кожу. Я сплевываю и ополаскиваю рот. Он умывает лицо, поглядывая на меня сквозь пальцы.
Несмотря на то, что ненависть, которую я испытываю к Итану, реальна, какая-то часть меня все еще находит его привлекательным. Я бы не хотела, чтобы меня трясло от того, как мое тело реагирует на него, когда он кладет руку мне на бедро. Я должна быть в состоянии контролировать свое дыхание, когда он проводит ладонью по моей заднице. Но я не могу ни двигаться, ни думать. Итан всегда выбивал меня из равновесия.
— Что ты делаешь? — я задыхаюсь, когда Итан заходит мне за спину и обхватывает оба моих бедра, притягивая меня обратно к своей… эрекции.
— Проверяю твои границы, — говорит он, наклоняясь, чтобы прошептать мне на ухо.
От него пахнет кремом для бритья и моим гелем для душа с маслом ши — эти два аромата теперь въелись мне в нос. Его дыхание на мочке моего уха заставляет меня замереть.
— Кто сказал, что ты можешь прикасаться ко мне? — я смотрю на него в зеркало. — И почему ты такой твердый?
— Я возбужден, а ты хорошо выглядишь в этой майке, — он скользит рукой вверх по моему боку и обхватывает мою грудь. — Ты больше не девочка, маленькая овечка.
— Спасибо, что заметил, капитан Очевидность, — я отталкиваю его руки от себя. — Уилл в гостиной, а мне нужно идти на работу. То, что ты остаешься здесь, не значит, что ты должен мне нравиться. Когда я вернусь сегодня вечером, мы обсудим правила.
Он смеется:
— Какие правила?
— Те, которым вы с моим братом будете следовать, если планируете провести здесь следующие… Как долго вы пробудете здесь?
Он пожимает плечами:
— От двух недель до месяца. Наша квартира разгромлена, и у ассоциации нет свободных мест, чтобы нас переселить.
Я преувеличенно вздыхаю:
— Замечательно. Тогда нам нужно поговорить позже, потому что этот образ жизни не продлится долго, если ты думаешь, что будешь каждое утро наводить марафет в ванной и заставлять меня опаздывать на работу, — я указываю на его член, который прикрывает полотенце, и качаю головой. — И этого больше никогда не повторится. Я уже говорила тебе держать свой член подальше от меня.
— Это не то, с чем я могу помочь, Мия, — он хватает себя за полотенце. — Это то, что ты делаешь со мной. Не отрицай, что ты тоже хочешь меня, — его захват заставляет узелок ослабнуть на его талии, и прежде чем я успеваю подготовиться, мне открывается прекрасный вид на очень длинный и очень твердый член Итана.