Страх и его слуга: читать начало книги онлайн

— Нет, хозяин, они говорят не о солдатах и не о разбойниках, не о тех, кто в любом городе вселяет в людей страх и трепет. Солдаты, конечно, солдаты, но они люди, и разбойники тоже люди, это вы и сами знаете, но то, что грозит из темноты здесь, это нечто другое.

— Какое такое другое?

— Не захотели объяснять. Боятся. Регент не любит, когда об этом говорят.

Естественно, подумал я, естественно не любит, раз это ставит под вопрос его регентство. Но молчание еще никого не спасло, скорее даже наоборот.

Я не стал продолжать разговор об этом, потому что не хотел, чтобы слуга догадался об истинной причине моего приезда сюда. Я никогда ничего ему не доверял.

Услышав, куда мы отправляемся, он загорячился.

— Хозяин, зачем нам в Сербию? Они же там снова воюют с турками.

— Затем, что тебе будет приятно увидеть свою родину.

— Сомневаюсь, хозяин, что вы это ради меня затеяли.

— Что ж, сомневайся на здоровье.

Приходится его терпеть, трудно найти кого-нибудь, кто согласился бы на меня работать. Разумеется, работают на меня многие, да что там многие — почти все, но они работают, сами того не зная. Редко случается, что вознаграждение за труд кто-то получает лично от меня. Однако этот мой серб во всем исключение.

После проигранной туркам войны сербы задали деру, и этот, мой, не мог остановиться до самого Пешта. Там я его и нашел в 1706 году.

Первый раз я увидел его в корчме «У толстого немца». Он был пьян в стельку, но сразу мне приглянулся. Почему — не знаю. У него были умные глаза и красивые руки. На что мне умный слуга с красивыми руками, было непонятно. Второй раз я его заметил перед корчмой «Вторая встреча». Интересно, а почему именно вторая, спросил я себя? Я имею в виду, что мне показалось странным такое название корчмы. Ведь это действительно была наша вторая встреча, и я воспринял это как знамение. И на этот раз не смог устоять. Он снова был пьян, и чтобы поговорить с ним, пришлось присесть на корточки.

— Хочешь на меня работать?

Его ответ прозвучал как выстрел из лучшей австрийской пушки:

— Ты же дьявол!

— Ну и что? Как ты с такими узкими взглядами предполагаешь выжить в современной Европе?

— Какое мне дело до широты взглядов, если я постоянно пьян? — ответил он, и я тут же понял, что имею дело не просто с умным, а с мудрым человеком. Именно таких мне нравится держать в услужении. И я тут же перешел к сути дела. Смыслу жизни.

— Буду платить тебе десять форинтов, если согласишься.

— Вы, раз вы дьявол, должны быть гораздо щедрее;.

— Ха! Щедрее! Можно подумать, Беззубый щедр!

— Беззубый?

— Ну да, тот еврей. Сколько вам дал он?

— Ничего не дал, но пообещал много.

— Как тебя зовут, мудрец?

— Я — Новак. Двенадцать форинтов.

— Одиннадцать, — сказал я. — Ты много пьешь.

— Двенадцать, потому что пьяный я умнее.

Мне часто говорят, что уступчивость это один из моих самых прекрасных недостатков. Я согласился, а он тут же брякнул:

— А вот скажите, меня всегда очень интересовало, чем вы, в сущности, занимаетесь?