И, чтобы два раза не вставать — автор ценит, когда ему указывают на ошибки и опечатки.
Извините, если кого обидел.
08 июня 2015
История про то, что два раза не вставать (2015-06-17)
Занимаясь чужими биографиями — людей, что умерли сравнительно недавно, и людей, что умерли давно — я уяснил одну важную вещь.
Все врут.
Врут все, хотя, конечно, по разным причинам.
Плохие люди хотят казаться хорошими, а хорошие хотят казаться ещё более хорошими. Иногда они хотят казаться плохими, если чувствуют, что у них в жизни мало важного, а какое-нибудь выдуманное злодейство придаст жизни смысл.
Люди начинают врать сразу же после события — они закрывают дверь и начинают врать о только что окончившемся разговоре. Очевидцы событий подвирают, чтобы их рассказ был более интересным.
А некоторые врут для того, чтобы слушателям казалось, что очевидец сидел в партере, а не на галёрке.
Люди врут в тех местах, на которые не нашлось документов, а самые ловкие врут, используя документы. Часто оказывается, что документов много, и все они врут, как люди.
Слова меняют свою суть и прозвание. Выкатывается откуда-то круглое слово "жировка" или "продаттестат". "Кончила институт с шифром" — звучит загадочно и даёт простор выдумке.
Врут все.
Врут мемуаристы, их жёны и дети.
Земляки несуществующих героев загрызут зубами любого, кто покусится на светлое имя.
Время от времени биографии переписываются. То, что было заслугой, превращается в вынужденный шаг, несчастье — в доблесть, неудача — в победу.
Герой в итоге оказывается так же прекрасен — но по другим причинам.
Он рождается не из духа музыки, а из нестройного хора голосов.
Все они создают зыбкое пространство мифа, что твердеет на свету, как зубные пломбы. Скоро оно затвердевает настолько, что прочнее его материи нет.
С помощью цитат можно доказать любую историю.
С этим можно только смириться.
И вот уже исследователь превращается в писателя — он подвирает сам, всё сильнее отпуская вожжи, несётся вперёд тройка чужой биографии, и нет ей удержу.
Извините, если кого обидел.
17 июня 2015
История про то, что два раза не вставать (2015-06-18)
Он говорит: «А я хипстеров твоих стал лучше понимать. Не твоих? Да это не так уж важно. Твои-мои, какая разница. Ну вот смотри, меня учили, что надо хорошо работать, и тогда тебе будет хорошо. Нет, ты что, причём тут коммунизм наступит. При мне уже в коммунизм не очень верили. Но верили, что если ты работал хорошо, не залётчик, то у тебя стаж трудовой непрерывный и пенсия большая. Были ещё персональные пенсии — союзного значения и республиканская. Ну и было обидное звание “пенсионер местного значения” — это, типа, когда тебе местный райсовет решил прибавку в червонец платить.
А так-то — ого! — люди за непрерывный стаж душу продавали. Иной какой и уйти хочет, и начальник его тиранит, а ему нельзя — стаж прервётся. Персональную-то пенсию не всем давали — например, если ты рабочий и у тебя орден Трудового Красного Знамени, то давали, а если инженер — то нужен не один, а два таких ордена.
Люди, повторяю тебе, из этих причин жизнь свою строили. Время своё на них тратили, да не дни, а годы. Ай, да не говори глупостей, при чём тут коммунисты. Люди просто знали, что есть вот такие правила игры. Раньше вот другая игра была — в церковь нужно было ходить, не ходишь в церковь, так тебя после смерти в аду на сковородке зажарят.
А если ходишь и не грешишь, то вечно пиво в белой облачности пьёшь.
Такая тебе, по-старому, выходила пенсия.