– Я пойду туда завтра днём, – сказал Вундер.
– Я так и сказала, Вунди, – проговорила Фэйт. – Мы пойдём туда завтра днём.
Глава 13
Вундер говорил себе, что в городской ратуше он убедится: мемориальный камень установил совершенно обычный человек. Он говорил себе, что это никак не связано с призраками, реинкарнацией и ведьмами.
Но даже несмотря на это, весь вечер и следующий день он чувствовал беспокойство, тревогу и нерешительность. Как будто не был уверен, что ему можно пойти в ратушу. Как будто мог узнать там что-то, чего знать не хотел.
После школы он поспешил на велопарковку, где должен был встретиться с Фэйт. Он уже хотел спуститься с лестницы, когда услышал голос Томаза.
– Эй, Вундер! – позвал тот. – Подожди! Я подумал, что мы могли бы пойти в парк «Дубы». Поиграть в футбол. Что скажешь?
Вундер обернулся и увидел, что Томаз направляется к нему.
– В футбол?
Это была ещё одна вещь, которую Томаз начал делать в этом году: он всё время предлагал поиграть в футбол. После нескольких слабых попыток поиграть в мяч с папой – они оба были не особенно спортивными – Вундер больше никогда не интересовался физическими упражнениями. Он покачал головой:
– Я не могу. Прости, Томаз.
– Или можем пойти в универсам, – сказал Томаз. – Давай, Вундер. Мы с Дейви уже целую вечность только вдвоём.
Дейви тоже подошёл к Томазу.
– И что насчёт Общества Любителей Необъяснимых и Невиданных Явлений? – спросил Дейви. – Когда будет следующее собрание?
– Никогда, – сказал Вундер громче и резче, чем рассчитывал. Дейви вздрогнул. Вундер подумал, что надо бы извиниться или объясниться, но всё-таки не сделал ни того, ни другого.
Внизу, на велопарковке, появилась Фэйт. Она подняла руку, обтянутую перчаткой.
– Мне сейчас нужно идти, – сказал Вундер друзьям. – Мне нужно кое-что сделать.
Томаз, вытаращив глаза, смотрел на Фэйт. У неё за спиной развевалась чёрная мантия. Глаза были накрашены чёрными тенями.
– С ней?
– Да, – сказал Вундер. – С ней.
Он не сказал того, о чём ещё думал. Не сказал, что Фэйт спросила его о сестре, что Фэйт знала, как звали его сестру. Он сомневался, что Томаз знал имя его сестры. Он сомневался, что даже Дейви знал. Он сунул руки в карманы и зашагал вниз по лестнице.
– Но, Вундер! – прокричал ему вслед Дейви. – Я хотел кое-что тебе рассказать! Это по поводу разноса газет!
Раньше, по воскресеньям, когда у Дейви было больше всего работы, Вундер помогал ему с доставкой газет. Они садились на велики и срезали путь через лес – Дейви делал это, только когда Вундер был с ним, – обсуждали последние чудеса и разносили газету за газетой.
– Я больше не смогу тебе помогать, Дейви, – сказал Вундер.
Он даже не обернулся.
В тот день Фэйт приехала на велике. Она завязала мантию большим бархатным узлом, чтобы та не застряла в колёсах, и они поехали в городскую ратушу. Вундер всю дорогу держался чуть впереди, чтобы не пришлось разговаривать.
– Я хожу сюда в церковь, – сказала Фэйт, когда они прислонили велики к стойке возле фонтана.
– В городскую ратушу? Это разрешено? – спросил Вундер. – А что же насчёт разделения церкви и государства?
– Мы снимаем общественный актовый зал в подвале, – сказала Фэйт. – Это очень маленькая, эксклюзивная церковь. Чтобы прийти, нужно говорить по-корейски, так что даже не проси. Тебя не звали.
Церковь Вундера, церковь Святого Жерара, была большой, светлой и красивой. Вдоль сводчатых потолков тянулись деревянные перекладины, и в церкви были витражные окна и отполированные до блеска деревянные скамьи со спинкой. Он не знал, каково было ходить на службу в подвал.