Я однажды рассказал эту историю, но на меня как-то все натопорщились и стали говорить, что девушка, что ходит на концерты Петросяна, это очень тревожно.
Ну, тревожно.
Но девушка, которая любит душевную хуйню, это куда хуже.
Да и мужчины, которым нравится хуйня повышенной духовности, не лучше.
Есть, к примеру, хуйня про Маяковского, который оплатил пожизненную доставку цветов для Татьяны Яковлевой в Париже, и в голодные годы немецкой оккупации эти цветы спасли её от голода.
Нет, не ела, а продавала на улице.
Впрочем, эту хуйню я уже разбирал подробно и — в другом месте.
Но я только что прочитал новую хуйню.
Это история про художника Дюрера и его брата.
Вот жил Альбрехт Дюрер и его брат Альберт. А в семье было восемнадцать детей, и хоть некоторые из них двинули кони, всё равно было очень голодно. И два брата оба хотели стать художниками, но решили бросить монетку, и в результате один Альбрехт поехал учиться, а Альберт спустился в шахту и ну въёбывать в забое, чтобы оплатить обучение брата.
Спустя несколько лет знаменитый Альбрехт приехал домой. Накрыл поляну, как водится и говорит:
— А теперь ты, братец, учись.
Тот и говорит:
— Да ты, брат, охуел совсем. У меня и пальцы теперь не гнутся. Пиздец. Всё. Финита. Не быть мне художником.
И все заплакали, а Альбрехт Дюрер в память подвига своего брата нарисовал две руки, соединенные вместе и обращение к небесам.
Если вы думаете, что я придумал эту хуйню, так нет. Не верите? А? Не верите?!
Вот вам — там много: братские дюровские руки.
Я для начала расскажу, как сделана эта хуйня.
Во-первых, у нас на русском языке есть аж две биографии Дюрера в серии «Жизнь замечательных людей», но никто их, конечно, читать не хочет.
Но даже из Википедии мы можем узнать, что Дюрер родился не в шахтёрской семье, а семье ювелира. Детей, правда, там действительно было до хуя и выжило из них немного. Альбрехт был третьим ребёнком и самым старшим из тех, что выжили — Ганса и Эндреса. Один стал художником, а другой ювелиром.
Золотая жила в семейной истории присутствовала — но не в качестве детской работы, а потому что папаша-ювелир взял её в разработку.
Были братья Дюреры в жизни пристроены, и вполне себе не бедны.
Более того, сам Альбрехт учился с детства в мастерской отца, а потом отправился в странствие, как настоящий подмастерье по тому обычаю.
Руки, молитвенно сложенные, Дюрер действительно нарисовал. Но не руки брата, а именно свои — говорят, что правую он рисовал по изображению в зеркале, а потом отразил.
То, что «Руки молящегося» (набросок к так называемому «Алтарю Геллера»), признаны образцом китча, тоже написано в Википедии.
Это вообще много где написано.
Итак, не было ничего.
Не, руки были. И великий Дюрер был.
А вот соплей и жребия, кайла в руках брата — не было.
Но есть хуйня.