– Лазель, но ведь уже утро… - заботливо проговорила Ариэль.
– Это не имеет значения, - отмахнулась вампирша, скрывшись за дверью. И даже не поленилась запереть ее за собой. Так, на всякий случай. Нет ничего хуже вмешательства в контакт.
Снова в кресло. Кожаное и удобное. Да, особенно подголовник. Откинуться на него, закрыть глаза. Нет, не спать. Сон пока непозволительная роскошь. Надо сконцентрироваться и позвать мать. Вот так.
На этот раз Наиль откликается быстрее. Будто ждала.
– Лазель? - одно слово строит мысленный мост между ними двумя, не смотря на разделяющее их немалое расстояние.
– Да, это я. Мне кажется, или ты ожидала моего… контакта? - поинтересовалась вампирша.
– Было предчувствие.
– Хм…
– Ты же моя дочь. От этой связи не избавиться, - мягко заметила Наиль. - Я весь день чувствовала, что тебя что-то беспокоит. Что тебя так растревожило?
– У нас тут Сергея проткнуло рогом единорога.
– Хм. И кто раздобыл сие редкое оружие?
– Никто. Удар нанес тот, чьей неотъемлемой частью рог и является.
– Как же этот Сергей умудрился? Единороги почти не входят в контакт с другими группами, разве что с эльфами. Да и не склонны они к немотивированной агрессии. Что такого Сергей ему сделал?
– Очевидцы говорят, что ничего. Единорог словно обезумел.
– Маловероятно, но, собственно говоря, не так уж важно. Что ж, и когда похороны Сергея? Ты избавилась от своей проблемы?
– Он не умер, - почти усмехнулась Лазель. - Каким-то невероятным образом жизнь в нем еще теплится. Сергей в коме, можно сказать.
– И правда удивительно.
– Я никогда с подобным не сталкивалась.
– Хм… я тоже, но что-то слышала о паре подобных случаев.
– Что именно? Его можно как-то… вернуть в мир живых?
– Постой, ты не шутишь? Ты в самом деле хочешь помочь?
– Да.
– Но в чем тут резон? У тебя появился шанс, так зачем его портить? Тем более раз судьба сама так распорядилась. Пусть Сергей и лежит бревно бревном.
– Нет, не могу. Пойми, она страдает. Невыносимо это видеть! Если не помочь, то, боюсь, Алекса обречет себя на неотступные бдения возле этого безучастного тела.
– Такая любовь?
– Не знаю. Но есть еще и чувство долга.
– Так соблазни, отвлеки. Ты сможешь.
– Да. Но тогда она будет рваться на части.
– А при твоем способе рваться будешь ты.
– Пусть так.