– Значит, с воспроизводством все не так уж и плохо.
– Не скажи. Каждая женщина за свою очень долгую жизнь приносит детей пять, очень редко когда больше. А за тысячу лет это чертовски мало.
– И сколько же вас всего?
– В нашем табуне где-то двести. По миру раскиданы еще семь подобных нашему. Ну и горстка одиночек. Вот и считай. Мы проигрываем любым другим видам.
– Да, - я почесала маковку, прикидывая. Да в одном нашем городе вервольфов больше! Интересно, сколько тогда эльфов?
Я хотела что-то ответить, но тут услышала знакомые шаги. На кухню вошел Андре, уже успевший умыться и привести себя в порядок, хотя все равно оставался немного встрепанным, а на шее красовался симпатичный засос - моя работа. Почему не прошло, ведь и на нем все заживает как на собаке, понятия не имею. Хотя, бурные ночи даром не проходят.
Галантно, но сдержано поздоровавшись с Вио, он обнял меня сзади, поцеловал в висок и сказал:
– О, вижу, даже завтрак приготовили!
– Не стоит говорить во множественном числе, - ухмыльнулась я, - Это целиком и полностью заслуга Вио.
– Вот как. Что ж, весьма впечатляющий кулинарный талант, - совсем по-доброму, без всяких намеков улыбнулся Андре. Похоже, за ночь к нему вернулось благостное расположение духа.
– Спасибо.
– Ну что, какие планы на день?
– У вас - понятия не имею, - пожала плечами я. - А мне на работу нужно. У меня там назревающий перманентный бардак. Еще один день я профилонить не могу, как бы кто не уговаривал.
– Жаль. А как ты себя чувствуешь?
– Замечательно. Готова ко всем новым свершениям и старым тоже. Надо разобраться. А то как бы журналисты не растащили наш клуб по кусочку.
– Я сильно в этом сомневаюсь.
– Все равно. Если будут звонить сюда - ты меня знать не знаешь и никогда не слышал.
– Хорошо, - ой, что-то не нравится мне его усмешка. Ну да ладно, пусть живет.
– Так когда ты поедешь?
– Где-нибудь через час. О, а вот и Августина.
И в самом деле, женщина вошла какой-то секундой позже. Вся строгая, подтянутая, даже волосы собраны в тугой пучок. Очередной костюм застегнут на все пуговицы. При этом вид как у императрицы, зашедшей к подданным, готовящим на нее покушение. Я лишь хмыкнула на все это, Андре тоже не впечатлился. Зато Вио сразу как-то подобралась и замерла, ловя малейший ее взгляд.
– Доброе утро, - скорее констатация факта, чем пожелание.
– Доброе, - согласились мы.
И снова неловкая пауза, во время которой Августина невозмутимо наливает себе чай и садиться за стол. Вио начинает суетиться, расставлять еду, а мы просто наблюдаем. Женщина снова поджимает губы и замечает:
– Ночью можно было вести себя и потише.
Сначала я подивилась ее слуху, ведь наши комнаты в разных концах дома и даже на разных этажах, потом возмутилась:
– А зачем? К чему нам еще в своем доме зажиматься?
Если Августина намеревалась нас застыдить, то не на тех напала. У меня он отсутствует, как класс, а Андре, думаю, ничуть не смущаясь, может женщину на Красной Площади трахнуть, если советами не замучают.
– Но использовать при этом еще и… магию, - продолжала гнуть свое Августина.
– Это не совсем магия, - снизошел до пояснений Андре. - А слияние метафизических сил. Есть лишь единицы, с кем такое возможно. И Лео входить в их число.