– Да вон ноутбук работает, бумагами обложился.
– Это не бумаги, это так… Мне вчера пришло весьма… озадачивающее письмо.
– От кого? И чем оно так озадачило?
Андре щелкнул пальцами, и в них появился сложенный лист бумаги. Тот самый, который я заприметила возле компьютера. Андре протянул его мне со словами:
– На, прочитай.
– Нет, это твое письмо.
– И я даю тебе разрешение. Мне проще дать прочитать, чем объяснять, в чем суть.
– Ладно, уговорил.
Развернув лист, я увидела, что написано не так уж и много, а точнее:
"Андре!
Я взяла на себя смелость написать тебе от имени твоих родственников.
Судьба распорядилась так, что мы ни разу не встречались, но пришло время это исправить. И хоть ты ничего не знал о нас, мы старались не упускать тебя из виду.
Конечно, повороты твоей жизни не всегда вызывали одобрение, но сейчас такое время, когда родство важнее принципов. К тому же, возможно, в чем-то мы и сами виноваты, и нам следовало вмешаться в свое время. Но уже нет места сожалениям.
Нам, в самом деле, пришло время встретиться. Я надеюсь, что ты тоже испытываешь это желание.
Я скоро прибуду вместе с твоей кузиной.
Августина де Лорель"
Написано на русском, но таким каллиграфическим подчерком, что я была практически уверена, что писал не носитель языка.
– Письмо из Франции, - пояснил Андре. - Весьма отдаленного уголка, хотя, думается мне, адресата там искать не следует.
– Тебе о чем-нибудь говорит это имя?
– Нет, абсолютно, и ни о какой кузине я понятия не имею. Но обрати внимание на печать, которой скреплена подпись.
Я вгляделась в изящный оттиск, более всего походивший на герб. Стилизованный вздыбленный единорог. И догадка тотчас осенила меня:
– Ты хочешь сказать, что это…
– Похоже на весточку от моего народа. Уж не знаю, как они меня нашли и, что важнее, зачем я им понадобился.
– А может, они просто хотят собрать своих?
– Ага, и прижать меня, как блудного сына, к своей груди?
– Да, звучит малоубедительно.
– То-то и оно.
– Но все равно, это можно рассматривать как повод наладить с ними отношения, ты ведь этого хотел! К тому же, какие у них к тебе могут быть претензии?
– Мало ли, - развел руками Андре. - Но жизнь отучила меня верить в бескорыстные добрые намеренья чужаков.
– Ну, они не совсем чужие.