Начертив последнюю линию, Марго обессилено опустила руки. Андре и Зак отпрянули. Экстрасенс поежился, сказав:
– Да, неприятное место. Слишком сильная отрицательная аура.
– Согласен, – кивнул Андре. – Но ауру, в большинстве своем, создают люди, а не место.
– Что же за люди там живут?
– Бывшие военные, наемные убийцы. В общем, не обремененные морально-этическими нормами, для которых убийство мало что значит, – ответила я.
– Хм… Тогда Константин им подходит.
– Разберемся, – хмыкнула я, и, забирая блокнот, добавила, – Да, отличный вышел план.
Я уже хотела спуститься к Иветте, когда вспомнила еще об одном деле. Я сказала, обращаясь к Заку:
– Я знаю, экстрасенс может ставить людям блоки на память, полностью или избирательно. И некоторые могут подобное проделывать с оборотнями…
– Да, я же тебе рассказывал.
Я бросила взгляд на Марго, и снова спросила у Зака:
– А ты мог бы узнать, стоят ли такие блоки у Марго и снять их?
– Первое – да, насчет второго… могу попробовать, но стопроцентной гарантии не дам.
– Попробуй, – попросила я. – Не хочу, чтобы вылез какой-нибудь фокус.
– Хорошо.
Он подошел к Марго. Та попыталась отпрянуть, но оказалось, что особо некуда, и тогда она зажмурилась. Но Зака это нисколько не обеспокоило. Он обошел кресло вокруг, положил пальцы, даже кончики пальцев девушке на виски и заговорил тихо, успокаивающе, немного странно растягивая слова:
– Ну-ну, успокойся девочка, расслабься. Я вовсе не хочу по неосторожности обжечь тебе мозг. Вот так уже лучше. Так, хорошо. Стань тихой и податливой, как вода. Хорошо.
Дальше он заговорил так тихо, что слов не разобрать, но его голос чарующе успокаивал. Я никогда не думала, что экстрасенсы могут говорить так. Если они все такие, то им цены нет в сексе по телефону.
Зак говорил, а кончики его пальцев то несильно светились голубоватым светом, то снова тускнели. Через некоторое время я заметила, что у Зака на лбу залегла напряженная морщинка. Кончики пальцев стали едва заметно подрагивать, и на лбу появились бисеринки пота. Это продолжалось еще минут десять, потом Зак шумно вздохнул, убрал руки и отошел от кресла. Вид у него был усталый. Он даже вытер платком лоб.
– Как ты? – осторожно спросила я.
– Ничего. Она поспит некоторое время, но, когда проснется, советую быть настороже. Мало ли что.
– Что-то нашел?
– О, да! Ей не редко ставили блоки. Чаще на воспоминания, чем действия. Он как-то слишком сильно заставлял Марго забыть мать.
– Но та ведь умерла едва ли не при ее рождении, – нахмурилась я.
– Не совсем. Насколько я понял из тех обрывков, ей тогда было лет пять.
– Странно.
– Да. И один блок я так и не смог снять. Он укреплен ее собственным нежеланием вспоминать. Очень сильным нежеланием. Если рисковать и пробивать этот блок силой – я не знаю, что вышло бы.
– Ты, без сомнения, поступил правильно, Зак, – ответила я.
– Надо сказать, что многие блоки я нашел уже разрушенными. Похоже, она сама их взломала, перекинувшись.
– Что ж… возможно, именно этого и опасался Константин, – хмыкнула я. – Посмотрим, что будет, когда она проснется. Реми, Глория, будьте начеку.