– Но…
– Если она захочет, она расскажет. Иветта же вернулась. Разве это не главное?
– Да-да, конечно, - тут же согласилась Глория, но тревога затаилась на донышке ее глаз. - Спасибо, что помогла нам, и прости за устроенную истерику.
– Ерунда. Ты же волновалась. Я знаю, как дорога для тебя Иветта.
– Это так, - согласно кивнула Глория. - Без нее я, наверное, не смогла бы жить, да и не захотела бы, - она так просто это сказала, а у меня аж холодок пошел. Любовь… Чувство Глории были более чем искренни.
Глава 28.
Мы разговаривали, и мне подумалось, что уж как-то слишком долго Иветта не выходит из ванной. И в тот же миг меня словно иголкой кольнули: я почувствовала печаль главной волчицы, которая сдавливала сердце Иветты стальным обручем. Что-то было не так. Поэтому я сказала Крису и Глории:
– Вы тут посидите, а я в ванную загляну. Мне кажется Иветта меня звала.
Дверь в ванную находилась в небольшом коридорчике. И хорошо. Я постучала и тихо спросила:
– Иветта, можно мне войти? - я знала, что она меня услышит, даже не смотря на шум воды.
Но ответа не последовало. Я потянула ручку - заперто. Но ведь кто-то не просто оборотень! Отодвинуть щеколду на расстоянии, не прикасаясь к ней - плевое дело.
Я вошла в ванную. В ней было душно и парно. Входя, я использовала купол молчанья, использовала впервые в жизни. С его помощью ни один звук не вырвется из этого помещения. А так как за стенкой находились два оборотня с отличным слухом - это было немаловажно. Почему-то я четко осознавала это.
И я поняла почему, стоило мне посмотреть на Иветту. Она стояла под тугими струями душа, обхватив себя за плечи, и дрожала. Ее просто всю колотило, и сомневаюсь, что от холода.
Мне пришлось несколько раз позвать ее по имени, чтобы привлечь внимание. Когда Иветта посмотрела на меня, ее глаза оказались до странности пустыми, будто ее там и не было. Жутковато…
Я кинулась к ней и принялась тормошить.
– Иветта! Иветта! Что с тобой? Ты как вообще? - ее состояние очень походило на шок. А это очень плохо.
– Лео… - она попыталась отвернуться. Ее лицо было мокрым и, насколько я могу судить, не только от воды. - Уходи, пожалуйста…
– Почему? Я хочу тебе помочь.
– Прошу, уходи… Я не хочу, чтобы ты… кто бы то ни было, видел мои слезы.
Ей все-таки удалось отвернуться, но вместо того, чтобы отпустить, я лишь крепче обняла ее, снова, не без некоторого усилия, повернув к себе. Мне было плевать, что рубашка на мне уже практически вся вымокла.
– Какие глупости, - проворчала я. - Всем нам порой требуется утешение. Все будет хорошо.
– Вряд ли, - хмуро отозвалась Иветта.
– Почему?
Внезапно главная волчица приникла ко мне всем телом, обняв меня. Уткнувшись носом мне в шею, она попросила:
– Обними меня. Пожалуйста, обними крепче.
Конечно же я так и сделала. Гладя Иветту по мокрой спине, как ребенка, я осторожно спросила:
– Так плохо?
Я почувствовала ее кивок, потом Иветта проговорила каким-то больным голосом:
– Меня словно изнасиловали. Все было не совсем так, но по ощущениям очень похоже, - ее голос предательски задрожал, и мне вдруг внезапно захотелось поехать к Эду и набить ему морду за то, что воспользовался ситуацией. Я не думала, что он главный виновник, но по хлебальнику ему дать хотелось просто нестерпимо. А Иветта, все так же прижимаясь ко мне, продолжила, - Даже смешно, я ведь уже давно не девочка. Многое повидала, и многое испытала… Но как вспомню, что этой ночью было… Его руки, волосатую грудь, его… тошнота к горлу подкатывает. Ненавижу себя и его. Мне словно в грязи вывалили!
Я чувствовала, как вся она внутренне сжалась. И прекрасно ее понимала. Еще бы! Кто-то захватил твое тело и использовал. Да и как использовал! Тут не просто шок случится, тут крыша поедет!